И увидел вожака. Малерон сидел на высоком белом жеребце – таком же, как у других охотников. Это животное (живую лошадь оно напоминало не более, чем их гончие – собак) выгибало длинную чешуйчатую шею, било землю когтистой лапой. Его хозяин непринужденно осматривался, но я даже на расстоянии ощущал исходящую от него Силу. С плеч его ниспадал алый плащ, черты лица были правильны и красивы – как часто бывает у Древних. Нас можно было принять за братьев.
Шаманка, раскатив последнюю дробь, показалась из укрытия:
– Повелитель! Это я вызволила тебя из долгого плена.
Рядом со мной вдруг шевельнулся Джервон, шепнул, горячо дохнув мне в щеку:
– Керован, ты не видишь Элис?
– Нет, – отозвался я.
– И Сильви я тоже не вижу, – встревоженно добавила Джойсан. – Но я ее чувствую – она где-то там, среди них. Должно быть, Элис укрыла их чарами.
Малерон не спешил отозваться. Наконец он шевельнулся, повернул темноволосую, не покрытую шлемом голову и взглянул на Ниду, как глядят на низшего из слуг. И коротко кивнул:
– Благодарю, шаманка.
– Чем благодарить… – Одетая в черное женщина выпрямилась, коснулась пальцами барабана, словно черпая из него силы. – Лучше избавь меня от врагов! Они и твои враги, повелитель!
Малерон с сомнением поднял бровь:
– Мое сердце на свободе не пробило и сотни ударов. Неужто я так легко и быстро приобрел врагов в этом месте и времени?
Голос шаманки задрожал:
– Они трусы, укрывающиеся за Светом! Они собрались покончить с тобой здесь и сейчас, не дав вкусить обретенной свободы. Убей их!
Она протянула костлявую руку прямо к нам, словно видела сквозь стены арки.
Малерон хмуро покачал головой:
– Ты слишком поспешно обо мне судишь, шаманка. Может,
Ниду буйно расхохоталась:
– Если ты и вправду веришь своим словам, ты не колдун, а дурак! Сколько в твоей свите погибших страшной смертью от легчайшего соприкосновения с тобой и твоей охотой? Разве так действует Свет?
Лицо колдуна застыло, он протянул к ней руку. Но ни взмахнуть ею, ни заговорить не успел: что-то мелькнуло у меня перед глазами, и я услышал пронзительный вопль:
– Элис!
Джервон метнулся к ней. Всего на мгновение я увидел двух жмущихся друг к другу женщин и против них – две Тени такой черноты, что представлялись просто дырами в ткани ночи. В этих извращенных созданиях Тени мелькали и гасли красноватые искры – от одного взгляда на них у меня встал ком в горле.
Джервон уже выбежал из-под арки навстречу двум женщинам, которые, пока их не вынюхали Тени, невидимками крались к нам. Я услышал перекрывший все голоса крик Малерона:
– Сильви!
Ненависть волнами билась в воздухе. Охотники, повинуясь приказу предводителя, погнали своих скакунов к воину долин.
Я с обнаженным мечом в руках тоже бежал к ним. Мы с Джойсан, всего на несколько шагов отстав от Джервона, встали рядом с обнажившими клинки женщинами.
Мы успели выстроить круг – плечом к плечу, клинками наружу, – прежде чем налетели четверо всадников.
Они были вооружены только охотничьими хлыстами, но я быстро понял, что это оружие при взмахе выбрасывало искристое пламя. Не успев парировать, я получил жгучий удар по бедру. Мой стальной клинок скрестился с хлыстом, скользнул по нему, так что мы сошлись запястьями, и враг болезненно оскалился от прикосновения стали. Припомнив заклятый колодец на равнине, я поднял браслет. Белый жеребец охотника с воплем вздыбился перед пламенеющими рунами моего талисмана. Всадник сдержал его поводьями и снова развернул ко мне в смертном молчании – мне даже пришло в голову, что их порода лишена голоса.
Хлыст снова протянул ко мне огненную дугу, но на сей раз мне удалось поднырнуть под удар, и я рискнул сделать шаг к открывшемся противнику. Опасно было разрывать круг, но если бы мне удалось…
Есть! Острие меча оцарапало ему грудь.
У него вырвался пронзительный визг, а нанесенная мною царапина прорвалась лиловым огнем. Я тут же отступил, смыкая строй, а он пошатнулся и упал, обведенное светящейся чертой тело осталось корчиться на земле. У меня на глазах его плоть – если это была плоть – словно выгорала изнутри. Отворачиваясь, я увидел, как Джойсан пугает коня слева от меня светом своего перстня.
Миг спустя ее меч нашел горло всадника. Я, крикнув что-то ободряющее, взмахнул рукой в воинском приветствии, и оба мы повернулись к следующему златокожему врагу, успев увидеть, как сталь Джервона пронзает ему грудь. Воин долин тут же сделал шаг назад, высвобождая клинок. Уцелевший охотник попятился, а когда мы вчетвером нацелили на него мечи, обратился в бегство.
Но ему не суждено было вернуться к своим. Колдун бросил короткую фразу, и охотник вспыхнул, с воплем повалился с седла. При виде корчащегося на земле горящего тела у меня перехватило горло. Воистину, то была
