Я быстро зашагал вперед и вскоре услышал то ли заунывное пение, то ли речитатив. Звуки накатывались на меня, будто морские волны на берег. Я повернул и увидел своих врагов.
Однако они были так заняты, что не заметили меня.
На земле была нарисована звезда, вписанная в круг. Круг был начертан кровью, а в стороне лежал мертвый воин. Поза его говорила о том, что он весьма неохотно расстался со своей кровью.
От лучей звезды к небу поднимались столбы маслянистого черного дыма. У каждого луча стоял человек. Четверо смотрели внутрь круга, а пятый невидящими глазами уставился в стену.
Хлаймер, Роджер, Лисана, госпожа Тефана и, лицом к стене, Джойсан. Четверо пели, а моя госпожа стояла, как пленница, только что прошедшая через ужасные кошмары. Ее руки были прижаты к груди, пальцы стискивали талисман с грифоном.
Я все понял без слов. Они стояли перед дверью, а в руках Джойсан был ключ. Только она могла открыть эту дверь, именно для этого ее сюда привели.
Что же за дверью? Кто знает!.. Но нельзя позволить им открыть ее!
Враги все еще не видели меня, так как вне этого кровавого круга для них ничего не существовало. Вскоре я различил возле дымящейся звезды какие-то тени. Время от времени чья-нибудь отвратительная морда нюхала кровь или ставила в нее лапу. Свежая кровь вызвала к жизни эти остатки Зла, но прошедшие века превратили их в жалкие тени. Я не чувствовал страха.
Некоторые призраки заметили меня и пошли навстречу. Глаза их сверкали дьявольским пламенем.
Бессознательно я взмахнул рукой, и тени отпрянули, не спуская глаз с браслета. Я приблизился к кровавому кругу. Мне было не по себе от мерзкого запаха, но держался я твердо.
Я стал произносить их имена – медленно, громко, отчетливо. И мои слова прорезали то заклинание, которое они пели.
– Тефана, Роджер, Лисана, Хлаймер…
Я произносил имена и поворачивался к каждому по отдельности. Смутная картина колыхнулась у меня в памяти. Да, конечно! Я уже видел все это – в другом времени и пространстве.
Все четверо взглянули на меня, словно только что проснувшись; глаза их уже не были устремлены на спину Джойсан. Черный гнев вспыхнул на лицах Роджера, Лисаны и Хлаймера. Только леди Тефана улыбнулась:
– Привет, Керован. Наконец ты доказал, что в тебе моя кровь.
Никогда еще при мне не говорила она так мягко и нежно – видно, хотела обмануть меня, напомнить о наших родственных узах. Неужели она считает меня идиотом?
Вновь шевельнулось воспоминание, и я ничего не ответил. Поднял руку, и из браслета вырвался луч голубого света, который коснулся затылка Джойсан.
Я увидел, как она покачнулась, услышал ее жалобный крик. Теперь леди стояла спиной к стене, глядя на меня поверх кровавого круга. Глаза Джойсан уже не были пустыми и мертвыми. В них снова заблестели ум и жизнь.
Раздался звериный рев Хлаймера. Он, казалось, был готов вцепиться мне в горло, но леди Тефана остановила его. Она делала руками странные движения, как будто сплетала что-то между нами. Однако смотреть мне было некогда. Роджер вдруг подбежал к Джойсан и закрылся девушкой, словно щитом.
– Игра все еще наша, Керован, и она закончится смертью! – воскликнул он.
Мы смотрели друг на друга, стоя по разные стороны кровавого круга.
– Да, смертью, только не моей, а твоей, Роджер.
Я изобразил в воздухе звезду. Она вспыхнула зелено-голубым светом и медленно подплыла к Роджеру. Его лицо сразу осунулось, постарело. И все же Роджер не потерял веры в себя. Он отпустил Джойсан и шагнул вперед со словами:
– Пусть будет так!
– Нет! – крикнула госпожа Тефана, подняв глаза от того невидимого, что она сплетала. – Нет необходимости.
– Необходимость есть, – отчеканил Роджер. – Он оказался гораздо сильнее, чем мы считали. С ним нужно покончить, иначе он покончит с нами. Оставь эти мелкие заклинания. Дай мне свою Силу.
Я впервые увидел неуверенность на лице Тефаны. Она взглянула на меня, а затем быстро отвернулась, как будто ей было невыносимо смотреть на меня.
– Скажи мне, – настаивал Роджер, – ты согласна со мной? Этих двоих, – он указал на Хлаймера и Лисану, – теперь можно в расчет не брать.
– Я… – начала она, но затем заколебалась. Но наконец дала согласие, которого он ждал от нее: – Я поддерживаю тебя, Роджер.
И я подумал – да будет так. Из этой битвы кому-то живым не выйти, но я и не цеплялся за жизнь.
Я видела кошмарный сон, но не могла проснуться. Для меня не было спасения, ибо в этом сне я повиновалась чужому приказу, не имея собственной воли. Тот, кто отдал приказ, был Роджером. Услышав неодолимый зов, я вышла из крепости, бросилась в озеро, переплыла его, выбралась на берег. Затем долго шла неведомо куда по густым лесам и пустым полям, пока не встретилась с Роджером, который посадил меня на лошадь впереди себя и помчался куда-то вдаль.
Многое я не могу припомнить. Мне в руки вкладывали еду, и я ела, хотя не чувствовала вкуса. Пила воду, но не ощущала ни жажды, ни отвращения к воде. Вскоре к нашему отряду присоединились какие-то люди, но для меня они были только смутными тенями.
