— Все в порядке, я разбираюсь с защитой, наложенной на замок, — защита на самом деле была, что вводило меня в состояние крайнего недоумения. Кто наложил на дом заклинания, да еще и такие мощные, если всех магов истребляют?
— И откуда она тут взялась? — озвучил мои мысли Артан, с подозрением глядя на строение.
Я не ответила: была захвачена странными метаморфозами, которые начали происходить с домом. Я мысленно потянулась к нему и почувствовала отклик, настолько слабый, что в первый момент приняла его за реакцию охранок, но потом я поняла, что дом не умер, а просто уснул. И сейчас он узнал меня и очнулся ото сна. Я ласково провела рукой по стене и заговорила с ним. Диалога как такового между нами не происходило, все было на уровне эмоций и чувств, но мы прекрасно друг друга понимали.
— Ну что?
— Мы пройдем. Пошли.
— Но в воздухе совсем не пахнет развеянными заклинаниями, — Арт а потом повел носом.
— Разве магия пахнет? — удивилась я, пускаясь в обход.
Вести беседу, когда находишься почти под носом Инквизиции — что может быть глупее? Но мне это помогало отвлечься и не думать о том, как бы все сложилось, не отправься мы всей семьей в тот день на прогулку. Так, где-то здесь должен быть черный вход для прислуги. Стемнело, пришлось перестроить зрение.
— Конечно, — фыркнул он, — пахнет все. Даже эмоции. Точнее, мы, когда их испытываем.
— Я думала, все люди, да и не только они, имеют свой запах, индивидуальный и непохожий на остальные, — я нащупала нужное место и мягко постучала по нему три раза. Часть стены отъехала в сторону
— Так и есть, — кивнул напарник, первым проскальзывая в образовавшийся проход, — но он все равно немного изменяется в зависимости от состояния носителя. Сами эмоции все пахнут одинаково, но перемешиваясь с индивидуальным запахом, они преобразуются. Ну знаешь, как художник краску смешивает. Иногда вообще получается совсем новый цвет. Нужно просто научиться замечать и различать эти изменения. Мы об этом не распространяемся, но любой оборотень способен на такое.
— Выходит, что тот, с кем вы долго контактируете, в конце концов, становится открытой книгой, которую можно прочесть в любой момент? Какая-то эмпатия получается.
— Отчасти, — согласился со мной парень, — на самом деле это очень сложный и долгий процесс, но с каждым разом становится ненамного легче.
Я переваривала полученную информацию. Вот так, проживая под одной крышей с оборотнями несколько лун, ты совсем неожиданно узнаешь о них что-то новое. Сама мысль о том, что кто-то может считывать мои чувства, была очень неприятной. И если Арт, я точно это знала, не станет использовать против меня полученную информацию, то насчет остальных я уверена не была.
— Ты уже можешь меня читать? — я старалась, чтобы в голосе звучала лишь заинтересованность.
— Что ты, — рассмеялся парень, — только очень редко. Иногда мне кажется, что у меня начинает получаться, и ты сразу же заставляешь в этом усомниться. Вот сейчас я вобще тебя не понимаю. Ты же всегда трезво и разумно мыслишь, что на тебя нашло? Притащились в самое логово Инквизиции, а ты ведешь себя так, будто все идет по плану.
— Мало ли, какой идиотский у меня план, — хмыкнула я, замедляя шаг.
— Я не понимаю, чего ты хочешь, и только поэтому все еще не вмешиваюсь. Действуй давай уже.
Я вздохнула, признавая его правоту, и прикоснулась к стене, открывая выход в коридор. Арт снова выскользнул вперед. Я шла, и сердце сжималось, то замирая, то бешено пускаясь вскачь. Держать себя в руках было очень трудно, хотелось обойти здесь все, заглянуть в каждый уголок, но я понимала всю ответственность нашего задания, а потому твердо шагала за напарником. Арт остановился возле резной деревянной двери с ручкой в виде крыла птицы. Папин кабинет. Был. Я осторожно провела кончиками пальцев по прохладному металлу, не зная, радоваться или огорчаться тому факту, что Ловец выбрал для допроса именно эту комнату. Я вряд ли сдержусь, если увижу в папином кресле чужого мужчину.
— Идем, — одними губами прошептала я и потянула Арта к соседней двери, за которой раньше находилась библиотека.
Сейчас шкафы пустовали, а полки были покрыты толстым слоем пыли. Кто бы сомневался. Естественно, книги мага были сожжены все до одной. Если бы у нас было больше времени, я бы заглянула в тайник между ящиками секретера. Может, там остались мамины наброски или какие-то письма. Но сейчас надавила на нужные камни кладки, снова открывая потайной ход. Только на этот раз он вел в кабинет. Сделав несколько шагов, мы словно сквозь стекло увидели просторную комнату с массивным столом из темного дерева, за которым восседал уже виденный нами ранее Ловец, а на стуле напротив него сидела всколоченная малявка.
Либо я ничего не понимаю в допросах, либо это какой-то неправильный инквизитор.
— Подумай еще раз, — мне показалось или в голосе мужчины послышалась мольба? — я предлагаю тебе свободу, в обмен лишь прошу снять проклятие с моей невесты.
— Да я магичить-то толком не умею, — шмыгнула носом девчонка, — какое проклятие?
