Потом девочка неслышно открыла дверь в небольшую комнатку, где хранилась верхняя одежда воспитанников приюта. Ей было не по себе от необходимости брать вещи без спроса — но не выходить же на улицу в такую непогоду и вовсе без плаща? Стыдясь своих действий, Лика вновь выбрала самый старый и потрепанный жизнью плащ.
И снова девочка прорывалась через непогоду. Уже после двух минут пребывания на улице Лика пожалела, что не взяла плащ получше — в конце концов, она бы вернула его вечером! — зато хороший плащ не промок бы так быстро. Но мысль о том, чтобы повернуть назад, даже не пришла в голову девочки — ведь она пообещала прийти!
В отличие от вчерашнего дня, сегодня непогода бушевала и на берегу Динронь. Да и сама река была неспокойна, ее уровень поднялся и, казалось, Динронь вот-вот выйдет из берегов. Славель лежал в шалаше и пыталась снова заснуть, чтобы проспать эту непогоду и проснуться уже в завтрашнем дне, когда ветер, наконец, разгонит тучи и солнце высушит землю и траву на берегу. А еще пуделю ужасно хотелось есть, ведь он со вчерашнего дня ничего не ел. Но он был уверен, что сегодня Лика не придет. Он, конечно, немного мечтал о том, чтобы она пришла несмотря ни на что — но в то же время он не хотел, чтобы девочка была вне надежных стен приюта в такое ненастье.
А еще Славелю было скучно. Спать не получалось, но и делать было абсолютно нечего. И… да, ему было немного страшно. Нет, Славель никогда не боялся грома или молний — просто ему было неуютно одному в шалаше в такую непогоду. Он повернулся лицом к выходу и прикрыл глаза, положив свою большую голову на лапы и пытаясь задремать.
Совсем рядом оглушительно прогремел гром. Даже через прикрытые веки пудель увидел ослепительную вспышку молнии. И ливень, кажется, усилился. Славель отполз подальше от входа в шалаш и прижал уши к голове — никому не понравится, когда молнии бьют так близко. Казалось, вот-вот молния ударит пуделя прямо по носу, а гром издевательски захохочет…
Кто-то негромко произнес его имя и затем что-то еле ощутимо коснулось его лба. Пудель сильно вздрогнул и, еле удержавшись от испуганного крика, открыл глаза. В дверях шалаша стояла и улыбалась Лика! Это было настолько чудесно, что Славелю захотелось петь и танцевать, носиться с радостными криками по лужам и больше всего — обнимать Лику и прижимать к себе. Конечно, он не стал всего этого делать. Напротив, тщательно скрывая свою радость, пудель смотрел на девочку сурово и недовольно.
— Лика, ты с ума сошла, да? Разве можно было выходить из приюта в такую погоду?! И хоть бы плащ хороший надела, этот же никуда не годится!..
Но девочка засмеялась и Славель оборвал свою отповедь на полуслове.
— Да брось ты! Ты же рад меня видеть, я же знаю!
Аккуратно положив мокрый плащ у входа, девочка обняла пуделя за огромную шею и зарылась в густой мех. Славель вздохнул и осторожно обнял передними лапами свою гостью в ответ. Он и в самом деле был несказанно рад…
К вечеру непогода не прекратилась. Напротив, ветер усилился, да и ливень не ослабевал. О возвращении Лики в приют не могло быть и речи. Впрочем, девочка и сама была не прочь заночевать, зарывшись в густой и мягкий мех друга. А он до глубокой ночи рассказывал интересные истории и девочке ужасно не хотелось засыпать, чтобы услышать еще один рассказ.
«
— То есть как это? — сонно удивляется Лератилика.
— А ты слушай и все узнаешь, — улыбается Славель.
