К развалинам крепости, от которой остались только три полуразрушенные замшелые стены и половина бастиона, мы добрели лишь к вечеру следующего дня. Перекусив скудными остатками продуктов, мы стали готовиться к ночлегу. Выйдя по малой нужде к восточным воротам крепости, я снова наткнулась на пару выгоревших изнутри цинков от патронов. Значит, пока мы шли точно по следу группы Бондаря. Они, как мартовские коты, для чего-то скрупулёзно помечали этими банками весь свой маршрут. Вот только зачем? Это я поняла несколько позднее…
— Товарищ генерал, разрешите? — в кабинет Тарасова, по обыкновению своему, бочком протиснулся полковник Саботаж.
— От группы Ростовой есть что-нибудь? — генерал внимательно посмотрел на вошедшего.
— Нет. Пока ничего конкретного. Ростова молчит. Но вот служба спутниковой радиоразведки докладывает, что в квадрате 15–18 — это восточная часть провинции Тохар, дважды, с промежутком примерно в пятнадцать минут фиксировался слабый радиосигнал. Квадрат, из которого поступил сигнал, совпадает с районом реализации операции группой майора Ростовой.
— Кто вёл передачу? — вскинулся генерал.
— Пока неясно. Выясняем. Известно только, что выходивший на связь назвал свой псевдоним — «Нюх».
— Не припоминаю. Судя по оперативному псевдониму, это кто-то из погранцов. Почти наверняка, он из пограничной манёвренной группы или из группы «Каскад». Как выясните — срочно мне на стол личное дело этого «Нюха».
— Докладываю, — полковник Саботаж встал, отдёрнул всегда мешковато сидевший на нем китель и, откашлявшись, начал:
— По нашим данным, Пустой Николай Иванович, 1959 года рождения. Оперативный псевдоним — Нюх. В 1982 году закончил Голицынское пограничное училище. С августа 1982 по май 1987 года — 1 манёвренная группа 117-го Московского погранотряда. Орден Красной звезды, медали «За отвагу», «За боевые заслуги». В период с августа по декабрь 1987 года — начальник линейной пограничной заставы Краснознамённого Северо-Западного пограничного округа. С января 1987 по февраль 1989 года — замначальника пограничной заставы 117-го Московского погранотряда. Участие в рейдах в составе всё той же 1 мангруппы. С марта 1990 года — замначальника оперативного отдела Главного управления пограничных войск КСЗПО в Ленинграде. Холост. С 1992 года считается выбывшим из списков погранвойск в связи со смертью. По данным отдела кадров, погиб при выполнении задания командования на территории ДРА. Посмертно представлен к Красному Знамени. Последнее специальное звание подполковник. Это всё. — Саботаж закрыл папку и сел.
— А какой пограничной заставой он командовал в 1987 году? — генерал Тарасов перестал вышагивать по кабинету и тоже сел за стол.
Полковник Саботаж, не глядя в документы, тотчас доложил:
— Восемнадцатой, товарищ генерал.
— Полковник, — Тарасов взял в руки свои знаменитые золочёные очки и принялся мерно постукивать дужкой по зелёному сукну стола, — послушай, а ведь именно на восемнадцатой и в то же самое время, если мне, конечно, не изменяет память, служила инструктором службы собак наша Ростова. Так что, как она сама любит говорить — интересно девки пляшут. А, Дмитрий Сергеевич? Что думаешь по этому поводу?
— Очевидно, что человек, выходивший на связь, не стал бы называть чужой псевдоним. По-видимому, подполковник Пустой остался в живых и находился всё это время в плену, — Саботаж развёл руками. — А существует ли какая-либо связь между Пустым и группой Ростовой, пока установить не представляется возможным. Поскольку, как я вам уже докладывал, Ростова пропустила три сеанса связи подряд. Выйдет на связь, ситуация сразу прояснится.
— Переход границы прошёл в штатном режиме? Без эксцессов? — задумчиво спросил генерал.
— На подготовленном приграничном участке всё прошло гладко. Группа форсировала Пяндж и беспрепятственно углубилась на сопредельную территорию. Вот сводка по данному участку границы за третье февраля текущего года, — Саботаж раскрыл перед собой очередную папку:
— Заставы докладывали, что за всю ночь каких-либо значительных происшествий зафиксировано не было. Но вот в пять часов тридцать две минуты дозор 14 погранзаставы доложил, что в глубине сопредельной территории слышится беспорядочная стрельба. Примерно в десяти-пятнадцати километрах от госграницы. Продолжалось всё это около десяти минут. Потом всё стихло. Никаких сигнальных ракет дозор не наблюдал. Из чего ответственным за операцию полковником Тепловым был сделан вывод, что если группа Ростовой нарвалась на засаду, то справилась своими силами. В противном случае заранее были оговорены определённые сигналы осветительными ракетами. Подробные объяснения Теплова есть в рапорте.
