– «Вальтер ППК». Вы поклонник Джеймса Бонда, как я понимаю. Пожалуй, у нас с вами меньше общего, чем я предполагал. – Он швырнул оружие Джонсону, тот подхватил его, удивленный, и теперь держал, не зная, что с ним делать. – Будьте умницей и спрячьте.
Джонсон сунул пистолет в кобуру.
– А сейчас, – любезно произнес Пендергаст, – у вас есть выбор, мистер Джонсон. Вы можете стать моим другом – оказать мне крохотнейшую услугу и заработать еще тысячу, а можете продолжить разыгрывать неуместную лояльность чванливому ослу, который вам и так недоплачивает, а когда узнает о вашей неосмотрительности, уволит в ту же минуту и никогда больше не вспомнит. Итак, что выбираете, мистер Джонсон?
Здоровяк довольно долго таращился на Пендергаста, наконец отрывисто кивнул.
– Великолепно. Тогда откройте вторую спальню, мой новообретенный друг. У нас мало времени.
Джонсон повернулся, подошел к двери спальни и толкнул ее. Пендергаст последовал за ним внутрь.
– Курт, какого черта? Что здесь происходит? – На кровати, натянув простыню под самый подбородок, сидела женщина с огромной гривой.
– Одевайся и выметайся.
– Но моя одежда вон там, – возмутилась она. – На мне ничего нет.
– А кого это волнует? – грубо бросил Джонсон. – Выметайся.
– Ну ты и задница, знаешь об этом?
Телохранитель отмахнулся:
– Двигай!
Тряся тяжелыми грудями, женщина выпрыгнула из постели, схватила одежду и ретировалась в ванную.
– Сволочь! – донесся оттуда приглушенный возглас.
Пендергаст огляделся. Спальню, как он уже заметил ранее, приспособили под хранилище: на виду, занимая большую часть комнаты, стояло с полдюжины деревянных упаковочных ящиков, все с маркировкой «Осторожно, стекло».
– Вы знаете, что в этих ящиках?
– Понятия не имею, – ответил Джонсон.
– Но вас наняли за ними приглядывать?
– Точно.
Специальный агент некоторое время походил перед ящиками туда-сюда, потом опустился на колени возле крайнего и достал из несессера отвертку.
– Эй, вы что делаете?
– Просто хочу взглянуть. Мы оставим все как было. Никто не узнает.
Через секунду стенка ящика отошла, обнажая зеленый фетр и амортизирующий заполнитель. Ножом Пендергаст аккуратно прорезал несколько слоев: амортизирующий материал, фетр и вырезанные по форме куски пенополистирола.
За ними обнаружилась подставка для произведений живописи. Судя по тому, что остальные пять ящиков были в точности таких же габаритов, в них тоже наверняка находились картины.
Пендергаст сунул в прорезь фонарик, поводил из стороны в сторону. Всего внутри оказалось восемь полотен без рам. Если он правильно оценил, работы принадлежали кисти художников-импрессионистов Шарля Теофиля Анграна и Гюстава Кайботта. Имелись также две работы немецких экспрессионистов, скорее всего Явленского и предположительно Пехштейна. Очевидно, картины предназначались для галереи Брока на Пятьдесят седьмой улице.
При том что Пендергаст сразу же узнал художников по стилю, ни одна из работ не была ему знакома – по крайней мере, насколько он мог их разглядеть. В лучшем случае то были малоизвестные образчики творческого наследия живописцев.
Запустив руку в несессер, спецагент вытащил маленький плоский кожаный футляр, расстегнул молнию и разложил его на полу. Достал оттуда несколько инструментов: лупу, какой пользуются ювелиры, пару щипчиков, скальпель, пробирки – и выложил все на ближайший ящик.
Джонсон беспокойно переминался с ноги на ногу.
– Не знаю, чем ты занимаешься, парень, но лучше поторопиться.
– Успокойтесь, мистер Джонсон. До возвращения вашего работодателя еще есть время. Я уже почти закончил.
Опустившись на колени перед ближайшим ящиком, Пендергаст обратился к полотну Явленского. Подхватив пинцет, он выдернул три ниточки из холста с обратной стороны картины, в месте крепления к раме. Затем с помощью пинцета и скальпеля срезал небольшой выступающий фрагмент желтой краски с самого края картины и также поместил в пробирку. Потом проделал аналогичную процедуру с работами других художников.
Сверился с часами. Восемь сорок пять.
Закончив, так расположил упаковку, чтобы скрыть сделанный надрез, привинтил на место стенку ящика и с улыбкой поднялся:
– Мистер Джонсон, мои вам извинения за испорченный вечер.
– Ладно. Вы так и не сказали, кто вы и что здесь делаете.
– И не собираюсь, мистер Джонсон.
Оба вышли в гостиную, и Пендергаст обернулся к подельнику:
– У нас еще осталось немного времени, чтобы выпить шампанского.
Он заново наполнил бокалы. Джонсон проглотил свой одним махом, затем сел. Пендергаст выпил медленно, после чего вытащил из кармана еще пачку банкнот:
– Как обещано.
Джонсон медленно забрал деньги.
– Вы вели себя хорошо. – Спецагент улыбнулся, отвесил полупоклон и спешно отбыл.
Вернувшись в свою каюту, Констанс увидела, что Пендергаст склонился над портативным набором для химических опытов. Он окунул ватный тампон в склянку с чистой жидкостью и нанес ее на кусочек краски в пробирке. Кусочек немедленно почернел.
Пендергаст перешел к другой пробирке, затем к третьей, проделывая тот же анализ. Наконец поднял голову:
– Добрый вечер, Констанс.
– Есть какие-нибудь результаты?
