– Ну, надо же, мисс Адамсон! – восхитилась директриса. – Вы всего как пару часов секретарь приюта, а уже во всём разобрались! Мы тут голову ломаем, как сохранить наших детей и не допустить объединения, а вы уже всё придумали. И как мы раньше без вас обходились?! – Ироничная улыбка резко исчезла, и она устало покачала головой: – Вы думаете, я не хотела бы подарить шанс на счастливое будущее ещё сотне-другой малышей? Вот только я предпочитаю делать то, что мне по силам. Конкретные действия вместо умозрительных абстракций. Всеобщее благо недостижимо, надеюсь, это для вас не секрет? А вот обеспеченное будущее для моих тридцати шести воспитанников – это уже данность, а не абстракция.
Наш приют существует не на пожертвования, мисс Адамсон. Мы сами зарабатываем себе на пропитание, своим собственным трудом. Единственная милость, которую нам оказывает Совет попечителей – это долгосрочная аренда здания, которое, между прочим, мы восстановили на собственные средства. И если вы думаете, что объединение затевают для блага детей, то выбросьте эту мысль из головы сейчас же! – разгорячившаяся мисс Эппл махнула рукой, едва не опрокинув со стола гипсовый бюст адмирала Нельсона.
– Но зачем же тогда?.. Для чего всё это? Я правда не понимаю, мисс Эппл, – призналась Оливия, одновременно пытаясь разобраться в словах директрисы и прислушиваясь к тонкому писку, который доносился из-под шкафа.
«Интересно, боится ли мисс Эппл мышей? Или это всё-таки крысы, которых в Сент-Леонардсе якобы нет?» Крыс Оливия и сама недолюбливала, поэтому инстинктивно поджала ноги и на всякий случай поискала глазами предмет поувесистей.
– Всё очень просто, мисс Адамсон, – мисс Эппл сбавила тон и поправила воротничок блузки. – Формально здание Сент-Леонардса принадлежит сэру Джеймсу Фитцгеверетту, главному попечителю приюта. Однако по условиям завещания его почившего отца, известного своими подвигами на ниве благотворительности, сэр Джеймс не имеет права продать дом для частного владения. Только для последующей передачи детскому приюту или школе-интернату, или же оформить его в долгосрочную аренду вышеупомянутым институциям. Но, так как сэр Джеймс баллотируется в парламент, ему нужны наличные средства, и вот тут и открывается простор для спекуляций. Повторюсь, на самом деле всё очень просто. Сёстры Благодати готовы предоставить сэру Джеймсу материальную поддержку для его предвыборной кампании. В обмен они рассчитывают на передачу Сент-Леонардса их ордену. Одна сторона получает деньги и рычаги влияния, вторая – отремонтированное здание. Как видите, сделка весьма выгодная.
– А как же вы? И дети? – ужаснулась Оливия.
– Персонал всего лишь потеряет свои места, а дети… Мальчиков включат в программу детской эмиграции и отправят в доминионы, девочек оставят под надзором монахинь. Вы всё ещё не видите ничего страшного в грядущем объединении, мисс Адамсон?
Этот вопрос не требовал ответа, и Оливия промолчала. Мисс Эппл тоже растеряла всю воинственность. Пытаясь осмыслить услышанное и сообразить, есть ли тут связь с исчезновением Филиппа, Оливия машинально продолжала листать личные дела детей, стараясь не обращать внимания на тонкий писк, доносившийся из-под шкафа.
– Лиззи Браун. Вдумчива. Обстоятельна. Рассудительна не по годам, – прочитала она надпись под фотографией вялой белобрысой девочки. – Что значит обстоятельна, мисс Эппл?
– То и значит, – директриса всё ещё пребывала в задумчивости, а потому ответила Оливии без прежнего ехидства. – Медлительна, как улитка, попросту говоря. И туго соображает. Зато прекрасная швея и обладает чистым слухом и редким регистром голоса. Жаль, что малышка патологически застенчива и не может исторгнуть из себя и звука при посторонних, даром что поёт, будто ангел. Но мы не оставляем надежду, что она отыщет себе занятие по душе.
– А Мисси Уэст? Показывает блестящие результаты в скорости и физической подготовке?
– С Мисси никто не может справиться, если предстоит вымыть ей уши или влить в неё ложку рыбьего жира. А ещё девочка обладает феноменальной физической силой. Она мечтает о поступлении в колледж Роды Энсти в Бирмингеме. Обучившись на деньги приюта, она сможет вернуться в Сент-Леонардс преподавательницей силовой гимнастики.
– Богатая фантазия и яркий внутренний мир? Это о Присси Безивуд.
– Я знаю, о ком это, мисс Адамсон. Характеристики детям писала я. Присси врёт напропалую. Такой маленькой лгуньи ещё свет не видывал. Зато у девочки явные способности к точным наукам и рисованию. Она собирается стать археологом и поехать в Египет на раскопки древних цивилизаций.
– Тяга к исследованию новых мест. Джимми Роустон. Позвольте, я сама, – попросила Оливия. – Склонность к побегам? Я угадала?
Мисс Эппл не ответила ей, она так и продолжала сидеть вполоборота, глядя в окно и никак не реагируя на писк, который слышался уже не приглушённо, а вполне явственно.
