– СД VI.
– Он твой начальник в этой операции? – Я приставил нож ему к позвоночнику.
– Да. Да.
– Расскажи о ней. Цели. Задачи. Сроки. Задействованные агенты. Стадия выполнения.
– Я не… Хорошо, хорошо!
Я дал ему прорыдаться.
– Операция «Ворон». Абвер совместно с СД. По заданию адмирала Канариса и майора Шелленберга.
– Цель?
– Внедриться в фонд «Викинг». Использовать…
– Внедриться? «Викинг» не знает о ваших планах?
– Нет… Прекрати! Это правда! Судно приобрели для них. Мы… я… перечислили деньги в фонд. Они думают… господи, я же правду сказал!
– Продолжай.
– На «Южном Кресте» мы держим связь с подводными лодками и Гамбургом.
– Цель операции, – повторил я.
– Не знаю. Беккер не… А-аа!
На этот раз он орал с минуту. Я оглянулся на дверной проем. Не было гарантии, что его никто не услышит, но у кубинцев хорошо развит инстинкт самосохранения, и я не думал, что нас потревожат.
– Это правда! – выкрикнул Шлегель. – Гауптштурмфюрер Беккер мне не сказал. Мы заплатили большие деньги кубинской Национальной полиции, но я не знаю за что.
– Кто конкретно получал деньги?
– Лейтенант Мальдонадо. Он передает их своему начальнику, Хуанито Свидетелю Иеговы, а тот, в свою очередь, генералу Вальдесу.
– Для чего это нужно?
– Не знаю. – Шлегель напрягся, но я ничего не сделал.
– Как ты можешь не знать, дружище?
– Клянусь тебе! Клянусь душой моей матери! Гауптштурмфюрер Беккер не говорил.
– Назови всех других агентов. – Я снова переложил нож в левую руку и взял отвертку в правую.
– Я знаю только Беккера и теперешнего радиста на яхте. Шмидт… сержант СС, круглый дурак… Нет! Пожалуйста!
Я остановился не сразу. Шлегель думал, что я порвал ему все что можно, но страдала исключительно его гордость: отвертка была хорошо смазана. Хемингуэй в своем предисловии хвастал, что знает «настоящую войну, а не такую, какой ее хотят видеть». Угу. Знает он.
– Кто еще? – Мне не терпелось покончить с этим. – Вы посылали кого-то охотиться за пропавшей шлюхой. Кого?
Шлегель тряс головой так, что пот и слезы летели на три фута назад, в меня.
– Я правда не знаю. Девушку искали фалангисты… сочувствующие. Ее так и не нашли, но агентов для этого не использовали. Кто-то должен высадиться скоро… тринадцатого числа… Нет! Стой!
– Цель высадки.
– Не знаю. Клянусь. Это абверовцы. Их двое. Их высадят где-то на Кубе, не знаю где.
– Для чего высадят? – спросил я снова, не ожидая, что он ответит.
– Для встречи с ФБР.
Я чуть не выронил нож с отверткой и просипел:
– Продолжай.
– Я случайно узнал. Клянусь. Беккер не говорил. Мне сказал кубинец… лейтенант Мальдонадо. Сказал, что герр Беккер встречается с ФБР и что встречи продолжатся, когда на подлодке прибудут еще два агента.
– С кем из ФБР он встречается?
– Не знаю. Клянусь. Не знаю. Пожалуйста, отпусти. Молю тебя как человека. Как христианина.
– Какова цель его встреч с ФБР?
– Пожалуйста. Умоляю. У меня жена. Я ничего плохого не делал. Стой! О господи! Мать твою! Перестань!
– Цель?
– Мне не положено знать… но в Рио ходили слухи… и Беккер тоже обмолвился… – Шлегель бормотал то по-немецки, то по-португальски, то по-английски. Я терпеливо ждал.
– Абвер как-то контактирует с ФБР. Год уже.
– И высадка имеет отношение к этим контактам?
– Думаю, да… не знаю… возможно. Беккер сказал, это очень важная операция. Будущее рейха зависит от нее. Пожалуйста, отпусти!
– Кто убил мальчика? – спросил я.
– Мальчика? Какого еще мальчика? – в ужасе закричал Шлегель. Он явно ничего не знал о смерти Сантьяго.
– Назови других оперативников помимо радиста и Беккера.
– Подожди… стой! Стой! На Кубе есть еще двое.
– Кто они? – От жары и вони меня мутило, я еле сдерживал рвоту. – Где находятся?
– Не знаю. Они из команды «Тодт».
– Имена.
– Не знаю. Честное слово.
– Хельга Зоннеманн – ваш агент?
– Не знаю… – За этим последовали продолжительные вопли, и Шлегель пролепетал: – Клянусь всем святым и моей верой в фюрера, я не знаю их имен. Не знаю, кто Зоннеманн – агент или просто богатая дура. Знаю, что один из «Тодт» близок к группе Хемингуэя. Беккер постоянно получает от него информацию об этих любителях.
– Какая у него кличка?
– Панама.
– А у второго?
– Колумбия.
– Уверен, что тодтовцев только двое?
– Уверен. Двое. Беккер получает радиограммы от двух человек.
– Мужчины, женщины?
– Этого не знаю. Клянусь.
– Кого им приказано убить?
Шлегель замотал головой. Его пот капал в золу, лоб морщился вместе с липкой лентой.
– Не знаю. По-моему, им еще не передавали приказ… завершить свою миссию.
Ага. Теперь мы подошли к главному.
– Назови мне цифровой код для расшифровки радиопередач.
– Я не… Господи! Нет! Перестань!
– Цифровой код.
– Говорю же, не знаю. Это код Беккера. Он передал его со мной радисту на «Южный Крест», но у меня плохая память на цифры, я не запомнил… Неет!
– Если память плохая, то ты где-то его записал. Хочешь жить, Шлегель, – быстренько скажи где.
– Я не могу… Стой! Да! В записной книжке. Третья с конца страница, где телефонные номера…
Я нашел страничку с фамилиями и телефонами. В Бразилии номера семизначные.
– Пятый снизу, – прошептал Шлегель. – Мне пришлось записать, иначе бы я не запомнил.
