Сегодня на Украине новые «эзраэли», но действуют в том же направлении развала страны и усиления в ней атмосферы враждебности к России.
Вот он ответ на вопрос: участвовала ли в качестве заинтересованной стороны в развале СССР американская сторона?!
Дело в том, что еще в 1989 году в экспертных группах Совета национальной безопасности США стали обсуждать идею создания на российской почве параллельного союзному политического и экономического центра. Ставка из Вашингтона делалась на суверенную Россию Ельцина, которая способна взломать всю союзную конструкцию. Поэтому яйца предательства СССР высиживались вовсе не в союзных республиках, и даже не на просторах РСФСР, а в самой Москве всякого рода либералами и демократами, жаждущих себе властных престолов, оттеснив партийную номенклатуру, скоро превратившуюся недавних антиподов в своих союзников по разгрому СССР.
Предательство — самое страшное оружие для страны во время кризисных или обвальных процессов. В данном случае никому и в голову не приходило, что глава партии и государства окажется предателем. В Великую Отечественную войну, особенно в ее начальный период, тоже было плохо. Но народ был уверен, что в Кремле Сталин, что он не предаст, что он сделает все, чтобы немецкий план захвата Москвы «Тайфун» провалился, что мы выстоим и, в конце концов, погоним фашистов на Запад.
А тут, как писал А.Зиновьев:
Предательство всегда омерзительно, но когда оно делается за счет целого народа, это имеет уже иное название — преступление, государственное преступление. Только сейчас обманутые люди, после того, что они потеряли, стали ценить достоинства советской системы, особенно в социальной сфере — главной для всего трудящегося люда. Вот уж действительно, никто не бывает так обманут, как тот, кто прилагает столь много усилий, чтобы не быть обманутым никогда.
Нельзя быть злодеем другим, не будучи и для себя негодяем. Подлость универсальна. Нарушитель любви к ближнему первым из людей предает самого себя.
Одна интересная историческая деталь. Оказывается «боевая политическая подруга» Маргарет Тэтчер, узнав о нахождении Горбачева в Крыму в качестве «пленного президента», настойчивее многих действующих в ту пору политиков добивалась отправки международной представительской делегации в Форос к арестованному.
Она верила, что его «арестовали».
Она хотела его «освободить».
Она желала, чтобы он остался на прежнем месте.
Но он возвратился вместе с семьей физически здоровым, загоревшим, отдохнувшим, но душевно пустым «бамбуком», выпотрошенным, совершенно нетронутым личными врагами. Правда, он выглядел, посвежевшим, но несколько обескураженным. Его можно было понять, он почувствовал, что проиграл. Белого коня для въезда в Кремль к нему не подведут. Подвели к самолету только трап, по которому он неторопливо спустился на московскую землю уже «политической пустышкой».
Из «плена» президент вернулся, как он и сам не раз говорил, другим человеком. И не только потому, что там, в «крымском заточении», он много пережил, передумал, перепланировал…
Он стал совершенно другим человеком для собственной страны, спускаясь по трапу самолета с семьей в помятой светлой куртке. Он гляделся побитым, жалким, униженным, с осыпавшимся лоском руководителя большой страны, в которой в течение нескольких суток хозяйничали уже другие люди. Горбачев превращался из уважаемого президента де-юре в терявшего бразды правления «президента» де-факто, которому кремлевского времени судьба давала несколько месяцев.
