— Ты же не просто так мне это рассказываешь, верно? — спросила она, пристально вглядываясь в выражение его лица. — Что я должна делать?
Тротл взял ее левую руку и застегнул ремешок этого измерительного приборчика на ее запястье.
— Я вывел на дисплей два основных показателя. Если мы хоть как-то приблизимся к энергетическому разлому, и он активируется, прибор оповестит о превышении нормы излучений. Как только ты это заметишь, сообщи мне или подай знак. Я постараюсь найти точку входа и проникнуть к этому психопату.
— Почему я? — слегка нахмурилась Мадлин, не понимая, в чем подвох. — Почему ты сам не можешь отслеживать эти показатели?
Рыжий потянулся к вороту термокофты и со слабым звоном извлек из-под нее цепочку со своими значками.
— Забыла? Мой жетон спецподразделения глушит любые волны вокруг меня в радиусе пары десятков метров. Со мной нельзя связаться, засечь, отследить, но и я сам не могу получать никаких сигналов. Потому и прошу тебя.
— А-а, — облегченно выдохнула Мадлин. — Я уж думала, что-то посерьезнее. Не беспокойся, я сделаю все, что нужно.
И она улыбнулась, внезапно видя перед глазами ту сцену, которую ей так напомнил их приход в этот полутемный и тесный склад. Тротл вопросительно приподнял брови, приглядываясь к ее задорным огонькам в серых глазах.
— Почему-то я сейчас подумала о кладовке в домике у бабушки Чарли в Мерифилде, когда ты меня туда привел и вручил на хранение Слезу родника. А потом мне пришлось ее лично запихивать в ядро расщепителя реальности почти на глазах у десятка выродков. Надеюсь, в этот раз меня не занесет в гости к Карбункулу на чашечку кофе.
И она не удержалась от нервного смешка. Но Тротл с шипением накрыл ее губы пальцем, призывая к молчанию, и с укором покачал головой.
— Очень не люблю твои шуточки про Карбункула, — тихо пробормотал он. — Этот гад опаснее, чем может показаться со стороны. Теллур прав, ты храбрая. Ты изменилась на Марсе, стала намного сильнее, я вижу это. И ценю твой выбор быть рядом в этом задании, хоть и не одобряю. Но ты должна мне пообещать. Если возникнет опасность, беги как можно дальше. Чтобы я знал, что тебя там нет.
Тротл был серьезен как никогда, и Мадлин всеми клеточками ощутила ту тревогу, которую до этого упорно отгоняла от своего сознания. Они всё ближе подбирались к цели своего выезда, и всё ближе подкрадывалась угроза, пока еще невидимая и скрытая, но отчетливо витающая в жидком марсианском воздухе даже здесь, в глубоком подземелье. Девушка вздохнула и согласно кивнула.
— Кстати… — задумчиво произнесла она. — Чтобы этот прибор считывал показатели излучений, мне же тоже нужно держаться от тебя подальше? И от твоих братьев.
— Верно. В пути мы пойдем в связке, но время от времени будем расходиться и проверять данные. А в кальдере я попрошу тебя максимально сосредоточиться на приборе. Хорошо?
— Конечно, — покачала головой Мадлин. — Я все сделаю. Но сейчас, пока еще можно…
И она нырнула в его интуитивно раскрывшиеся объятия и обхватила его стройный торс, прижимаясь к нему каждой клеточкой своего тела. Сколько им еще осталось в этой жизни таких мгновений? Десятилетия, месяцы, дни? Или еще меньше? Справятся ли они с трудностями, или на этот раз ошибка, недочет или слабость, от которых никто не застрахован, прервут бег их календаря? Как долго они еще смогут дышать одним воздухом и засыпать с мыслью о том, что их завтра наступит с рассветом?
Она прекрасно знала, с кем связала свою судьбу еще там, в далеком ветреном Чикаго, поэтому сейчас уверенно приникла к его тонким губам в горячем поцелуе, на который Тротл ответил с внезапным жаром и ненасытностью. Еще мгновение назад они говорили об опасностях и предстоящих задачах, а теперь переплелись друг с другом словно в последний раз, не замечая больше ничего вокруг себя: ни нагроможденных стеллажей, ни пропитанного сухой пылью воздуха, ни едва заметного света ламп, что скользили своими призрачными лучами по их разгорающимся телам, ни усталости от переездов, недосыпов и напряжения. Мадлин как никогда хотела ощутить Тротла всего и полностью, здесь и сейчас, пока еще было можно, пока между ними не встала настоящая война или смерть.
Она потерялась в их поцелуях — долгих, жадных, дурманящих, немного несдержанных, внезапно прерывающихся, чтобы посмотреть друг другу в глаза, пусть и сквозь преграду темных очков, и соединяющих их вновь. Мадлин нетерпеливо выдернула его термокофту из походных штанов и прошлась ладонями по гладкой рыжей шерсти на спине — сейчас такой горячей и наэлектризованной, что даже покалывало пальцы. На это Тротл тихо зарычал и обхватил ее ягодицы, крепко прижимая к своим бедрам так, что она невольно выдохнула от волны жара, прокатившегося по всему ее телу, заставляя неслушающиеся ладони тянуться к пряжке его ремня. Плевать, что будет завтра, потом, когда угодно. Плевать на неподходящее место и время, на все на свете. Пока он был рядом, здесь и сейчас, она хотела его всего.
