— Как так? Где Тер? Он сможет найти? Если жив…
— Жив. Уже ищет.
— Шая-та! Все, кто на ногах, за мной! Уведем жителей в укрытие. Остальные остаются здесь…
Смутно знакомые голоса донеслись до нее словно через толстое ватное одеяло и стихли. То ли говорившие ушли, то ли сознание снова уплыло в далекую даль. Но спустя некоторое время Мадлин медленно пришла в себя и с трудом открыла глаза. Она лежала на своей кровати в их с Тротлом комнате, освещенной одним ночником. В помещении больше никого не было, но через распахнутую дверь слышались отдаленные шаги и приглушенные голоса каким-то суетливым, тревожным фоном. Мадлин пошевелилась и с удивлением поняла, что у нее почти ничего не болит. Лишь голова наливалась тяжелым чугуном, но это не помешало ей приподняться и осторожно сесть. Ладони и локти оказались знатно ободраны, видимо, это результат ее падения то ли на каменный пол, то ли на лестницу крыльца. Не переломала ничего, и то ладно. Но почему же она ничего не чувствовала?
Кажется, это был голос Тротла? Значит, он жив! И применил к ней ментальную анестезию, чтобы она не ощущала никакой боли после удара по голове и от ссадин. Но ведь когда он однажды сделал подобное на Земле после ее ранения, то не смог даже встать с кровати и проспал до утра беспробудным сном, абсолютно обессиленный. Тогда что же с ним теперь, после мощной дозы инфразвукового излучения, которое подкашивало абсолютно всех марсиан?
Мадлин в панике поднялась с кровати, ощущая небольшое головокружение и оставшийся на губах привкус запекшейся крови. Все потом, сперва надо найти Тротла и остальных. И она осторожно направилась к выходу, надеясь, что не заработала сотрясение мозга. Сейчас как никогда она должна была оставаться в строю.
На улице происходило нечто странное. Все, кто мог самостоятельно передвигаться, торопливо покидали свои дома с походными рюкзаками за плечами. Взрослые марсиане поддерживали пожилых и вели за руки разновозрастных детей, которых были считанные единицы. Все сохраняли молчание и переговаривались лишь в крайнем случае. Вся эта вереница тепло одетых и собранных для эвакуации жителей стекалась на центральную улицу, уводящую их в сторону ближайших взгорий. К тем же, кто не мог подняться с земли или двигаться, подходили уцелевшие мужчины и женщины и помогали им встать. И несмотря на всеобщее молчание и относительную слаженность действий, отовсюду слышались сдавленные стоны и бессвязное бормотание.
Первой вспыхнула мысль о Лантан, которой она не успела ничем помочь, и Мадлин поспешила во внутренний дворик, где царила непривычная суета. Одетые в форму солдаты сновали между зданиями штаба и медотсека, и то и дело заносили на руках пострадавших в лазарет, двигаясь с трудом и почти спотыкаясь, но не останавливаясь ни на минуту. Девушка направилась туда, где оставила Лантан, но та уже стояла на ногах, пытаясь отдышаться и все еще мелко подрагивая.
— Как ты? — Мадлин в миг оказалась рядом и подхватила ее под руки, помогая удержаться и не упасть.
— Живая, живая, — пробормотала она и с усилием сфокусировала взгляд на Мадлин. — Кто?
И она указала мутными, подернутыми белесой пленкой янтарными глазами на разбитую губу, о которой девушка уже позабыла.
— Да какой-то тип проник в штаб, я не знаю. Делал что-то за компьютером коменданта, ну и напал, — покачала головой Мадлин. — Но сейчас это не важно. Ты можешь идти? Я отведу тебя в лазарет.
— Рра, меня не нужно, — едва слышно выдохнула Лантан. — Другим нужно. Помочь другим. Я могу.
Она сделала несколько неуверенных шагов в сторону площади и, сцепив зубы, мягко отстранилась от девушки, показывая, что была в состоянии перемещаться самостоятельно. Мадлин лишь вздохнула и отправилась следом за ней, пересекая площадь и углубляясь в ответвление улиц.
Пострадавших марсиан оказалось много. Мадлин едва успевала метаться от лежащих к стонущим, от пытающихся встать с земли к тем, кто ронял из ослабевших рук свою поклажу. Одних она сопровождала до их жилища, где те, искренне поблагодарив, доставали из вещевых ящиков свои, видимо, всегда собранные походные рюкзаки и присоединялись к длинной веренице уходящих в горы жителей. Других вместе с Лантан она приводила в чувство прохладной водой, раздобытой в одном из домов, и передавала на руки солдатам, которые искали по всему городу нуждавшихся в медицинской помощи и несли их в лазарет. Но самое страшное и тяжелое было находить тех, кто уже никогда не сможет встать с земли, закрывать им глаза и переворачивать на спину, чтобы до прибытия подмоги они лежали… «по-человечески».
