Весь мир закружился в безумном танце. Джонатан словно оказался в оке бури. Рассекаемый чёрными лентами воздух вил вокруг него кокон, и в этом вихре летали карты, кружились тяжёлыми бусинами капли чужой крови. Он почувствовал запах благовоний, которые Анабель зажигала во время спиритических сеансов, а ещё – её табак. В череде образов он увидел её – медиум стояла перед ним в своём неизменном тюрбане и многослойных шалях. Нахмурившись, она указала на дверь.
Поджарый чёрный пёс вырос на пороге, оскалился и прыгнул. Джонатан вскрикнул, инстинктивно вскинул руки, заслоняясь, попятился и упал… Когда он открыл глаза – видения исчезли. За окном больше не кричали вороны. Ночь скрежетала тоскливым зовом козодоев, часто слетавшихся в заросший сад Анабель.
Первым, что он почувствовал, был нарастающий жар. И этот скрежет, треск… нет, дело было не только в кошмарных птицах!
В коридоре за распахнутой дверью снова замаячила фигура пса, а потом Джонатан услышал чьи-то голоса. Запоздало, нехотя, словно никак не желая смиряться, разум осознал: дом Анабель горел! Содрогался, стонал, корчась. И пламя подбиралось к спальне.
Джонатан вскочил. Взгляд заметался по комнате. Нет, он не успеет вытащить её, не успеет похоронить… Хрипло взвыли за окном псы. Или то был рёв пламени?
Неловко Карнаган прыгнул, вывалился в сад, поднялся. Он бежал, не разбирая дороги, как в ту ночь, когда украл руку мёртвой царевны. Призраки псов мерещились ему повсюду – зловещие Баргесты, идущие по пятам, заступающие дорогу. За спиной чьи-то крики смешивались с хриплым лаем.
И лишь добравшись до перелеска, почти падая без сил, Карнаган понял, что именно псы-призраки указали ему дорогу – помогли сбежать из горящего салона и отвлекли преследователей…
Ночь всё так же скрежетала голосами козодоев. Кряжистые деревья склоняли к нему ветви, и сквозь рваный рисунок листвы пробивался свет красноватой ущербной луны. Тускло, зловеще поблёскивало на пальце кольцо.
Только сейчас Джонатан понял, что так и сжимает что-то в руке – последний подарок Анабель. Карту Таро. Карнаган прищурился, силясь разглядеть что-то в неверном свете.
С потёртой поверхности карты на него смотрел Маг, ищущий пути познать все стихии и подчинить их своей власти. А лицо Мага принадлежало ему – последнему из рода Карнаганов, хранителю ключа древней безымянной царевны.
Ветер взъерошил его волосы последним ласковым касанием. А потом призраки подхватили душу Анабель под руки, унося в страну вечного сна, уча летать сквозь время и пространство…
– А потом? Что было потом? – нетерпеливо спросил Якоб, почти физически чувствуя, как утекает время.
– Не все фрагменты его истории сохранились. Что-то он либо предпочёл уничтожить… либо просто решил не записывать. Я знаю, что в какой-то момент он, скрываясь от своих призраков или от живых преследователей… или и от тех и других вместе, покинул Англию и отправился в Новый Свет. Сколько он пробыл там, я не знаю – могу сказать лишь, что вернулся он совершенно другим человеком. Обновлённым. Магом, если хотите. – Тронтон криво усмехнулся.
– Вот оттуда начался путь Джонатана Карнагана, который уже был в состоянии бросить вызов кому и чему угодно. Что он и сделал, – добавил профессор. – Трагическая гибель мадам Анабель, увы, была лишь первой в череде смертей, окружавших его. Жизнь Джонатана была наполнена трагедиями, и всё же он пытался проживать её, как умел. Его влияние возрастало, и вот уже другим пришёл черёд бояться его. Но их было много, тогда как лорд Карнаган был совершенно одинок… Если не считать псов и призраков, конечно.
– Одинок? Простите, но ведь… ведь ваш друг, Артур Стоун, – его потомок.
