Колыбельная ведьм. Скриптум Первый полностью

Мужчина чуть повернул голову. Я увидела жёсткий профиль с хищным носом. Он не мог называться красивым, но притягивал взгляд.

– Пожалуй, не буду читать вам проповедь о вере, что выше науки, – усмехнулся священник. – Милосердие и прощение – это ложь.

Я даже не сразу поверила в то, что услышала.

– Удивлены? – тихо рассмеялся он.

– Удивлена. Но не словам, а тому, что их произнёс священник.

Он вновь отвернулся к алтарю.

– Я не привык лгать о том, во что верю. А я верю в то, что есть деяния, за которые нужно гореть в Геенне, без шанса на прощение. Я верю в то, что человечество способно очистить мир от хаоса. Это долгий процесс, кропотливый, но возможный.

– Что вы подразумеваете под хаосом? – спросила я, стараясь не допускать в голос скептические и язвительные нотки.

– Многое: смертные грехи, ересь, излишнюю власть над тем, что не должно подчиняться человеку.

– Магия? – выпалила я.

– Осторожнее, ведьма, – резко осадил меня фамильяр, но вопрос было уже не вернуть.

– Да, магия, – кивнул священник. – Владеющие ей думают, что подобны Ему, а те, кто не владеет, начинают испытывать зависть. Так рождаются ненависть и хаос.

– Мне кажется, ненависти хватает и среди тех, кто не обладает никакими особыми силами, – парировала я.

– Вы занимаетесь наукой, верно? – всё так же спокойно спросил он.

– Да.

Самым приятным было то, что я сказала абсолютную правду, просто не уточняла, что речь идёт про науку о проклятиях.

– А что привело вас в храм в столь поздний час?

«А вот об этом я не подумала…»

– Не спалось, – выбрала я самую безопасную ложь.

– Понимаю. Мне тоже, – в голосе священника проскользнула усталость. – Что обычно помогает вам уснуть?

«Зелья или травяные отвары», – сразу подумала я.

И снова соврала:

– Чай с молоком.

– Вам повезло, – усмехнулся он. – Боюсь, мне не поможет даже горячее молоко.

Я рассмеялась. Нервно и коротко, но всё же рассмеялась абсолютно не смешной шутке священника Ордена Первозданного. «Почему я сижу здесь? Почему продолжаю говорить?» Хуже всего было то, что я сама не хотела признавать: мне была интересна эта до ужаса странная беседа настолько, что я решилась дать совет:

– Есть ещё один способ заснуть, но он глупый и детский…

– Поделитесь со мной этой тайной, – попросил священник, и по его тону казалось, что он улыбается.

– Перед сном нужно сделать что-то непривычное, например, переложить подушки на другой край кровати… Или прочитать страницу книги задом наперёд… – я осеклась, понимая, какие глупости вылетали из моего рта.

– Я попробую, – серьёзно ответил мужчина.

– Что? – не поверила я своим ушам.

– Я испытаю ваш совет, – повторил он. – А если мы снова встретимся, то сообщу о результатах – утолю ваш исследовательский интерес.

У меня не было слов. Я вообще смутно понимала, что произошло и как разговор о хаосе ведающих мог перейти к перекладыванию подушек.

– Я пойду…

Священник не ответил и не обернулся.

Выйдя из собора, я стукнула себя ладонью по лбу.

«Ты понял, что это было?»

– Интересная беседа, – ответил Персиваль.

«Это было безумие! Я спросила про магию!»

– Думаю, эта часть была не такой драматичной, как та, в которой ты сказала про чтение книги задом наперёд.

Я рассмеялась, чувствуя одновременно облегчение и смущение.

«Пора спать, пока мне в голову не пришло ещё что-нибудь безумное…»

– Когда будешь ложиться, не забудь переложить подушку на другой край кровати, – съязвил Персиваль, издавая звук, похожий на кошачий аналог смеха.

РИЧАРД

– Верховный инквизитор?..

Когда я вошёл в до боли знакомое помещение, Роберто поспешно вскочил на ноги.

– Ты устроил себе удобный уголок, – с вымученной ухмылкой сказал я.

Молодой палач взглянул на удобный стул, красивый столик и изящную ширму, которая отделяла этот уют от основной части пыточной.

– Надеюсь, это не запрещено?.. – напрягся он.

– Нет. Я просто пытался быть вежливым.

– А! Спасибо, – с облегчением выдохнул палач. – Вы как обычно? Святой отец предупредил меня.

«Что, если предложить ему денег за молчание?» – такая мысль возникала у меня уже не раз. Но я достаточно успел узнать Роберто, чтобы понимать: если ему предложат больше или припугнут, он выложит всё как на духу.

«Его Святейшество не должен узнать о моих исповедях. Никто из Ордена не должен. И мне нужна свобода, чтобы продолжать делать в городе Святого Престола то, что я считаю нужным».

А у всего этого была цена – походы к Роберто по наставлению prete.

– Да. Всё как обычно, – ответил я.

– Можете оставить трость и пальто за ширмой, – кивнул он.

Раздевшись, я шагнул к своей старой знакомой – дыбе.

– Эм… Верховный инквизитор, вы сегодня бледный немного, – смущённо пробормотал Роберто. – Может, вам как-нибудь попозже зайти?

– Нет. Начинаем.

Роберто закрепил мои руки и ноги на деревянных реях. Он делал всё быстро и умело: медик-недоучка, ставший палачом.

– Святой отец рекомендовал три оборота.