Колыбельная ведьм. Скриптум Первый полностью

«Если Тадди занимался с ними в основном практикой, то они на удивление неплохо знакомы с теорией».

– Может, сами занимались? – предположил Персиваль. – У них, кажется, лидер этот Делмар, а он очень рассудительный юноша.

«Возможно».

Я задала студентам ещё несколько вопросов, морально готовясь перейти к основной части лекции.

– Сегодня мы с вами потренируем воображение. Считайте это ознакомительной и поучительной игрой, – сказала я, оценивая реакцию.

Некоторые удивлённо приподняли брови, но большинство студентов слушали меня со спокойной заинтересованностью.

– Вы оказались в многолюдном месте – на балу или на званом вечере. Вас окружает не меньше полусотни гостей. – Когда-то Санторо давала нам похожие теоретические игры, и я как никогда была ей за них благодарна. – Внезапно вы чувствуете вибрацию проклятия, даже не применяя никакие заклинания для его поиска.

– Это должно быть очень сильное проклятие! – воскликнула Леана.

– Или их много, – предположил Делмар. – Как…

Юноша осёкся, и я с усмешкой договорила за него:

– Как в палаццо Контарини, да. Всё-таки использовав заклинание поиска, вы ощущаете множество нитей проклятий. Они двигаются по залу. Из-за количества найти главный источник не получается. Что вы будете делать?

– Нужно попытаться проследить хотя бы за одной, – выдвинул теорию рыжеволосый студент, говорящий на итальянском с сильным ирландским акцентом, – желательно за той, что идёт по краю зала, иначе есть риск оказаться окутанным проклятием со всех сторон.

– Какие умные ребятки! – восхитился Персиваль.

«Это точно, – мысленно рассмеялась я, довольная студентами. – И браво, Тадди. Думаю, его вклад тоже повлиял на их смышлёность».

– Итак, проследив за одной нитью, вы видите, что все они ведут к двери для слуг. Что будете делать дальше? – продолжила я.

– Нужно… пойти туда? – предположила Виттория.

– Вы говорили, что нити перемещались по залу. Что, если прокляты именно слуги? Они же как раз проходят между гостями, никем не замеченные, – размышляла Леана.

– Тогда проклятие было бы легко определить: нити вели бы к определённым людям, которые отличаются от приглашённых, – возразил Делмар. – Тем более, судя по количеству нитей, так много слуг в зале быть не могло.

– А что, если дело в еде? Или напитках? Или те же слуги передавали проклятие, касаясь гостей…

Я не перебивала студентов, давая возможность самим прийти к правильному ответу. Наконец, посовещавшись, они снова дали слово Виттории. Теория фамильяра о том, что Делмар был лидером третьего курса, постепенно рассеивалась, и я видела всё больше доверчивых и одобрительных взглядов, бросаемых на синьорину Конте. Кроме того, в палаццо она не ходила, значит, ещё и была привержена правилам Академии.

– Мы считаем, что наиболее вероятную разгадку вопроса предложила Леана, – сказала девушка. – Проклятие – в еде и, возможно, в напитках.

– Молодцы, – кивнула я. – Многие ведающие, избирающие тёмный путь магии и идущие против наших законов, намеренно создают проклятия. Для их передачи используют не только предметы, но и еду. Проклятую куклу можно выбросить или отдать ведающим, а вот съев проклятое пирожное, человек буквально пускает негативную магию в своё тело, и избавиться от неё становится намного сложнее.

– Это пример из вашей практики, профессор Кроу? – напряжённо спросила Леана.

– Нет, – улыбнулась я. – Слава Гекате, с такими массовыми проклятиями в людных местах мне сталкиваться не приходилось. А этот пример я сама узнала, будучи студенткой. Ректор Санторо, ещё когда была профессором, давала его всем ведающим, начинающим изучать очищение.

Судя по реакции студентов, теоретическая игра пришлась им по вкусу. Оставшееся время мы посвятили тренировке базовой формулы Очищения на проклятом шаре. Этот учебный тренажёр был разработан Санторо: в нём заключалось слабое проклятие потери памяти, которое надёжно блокировалось зачарованным стеклом шара.

Под конец лекции я хоть и устала говорить, но была очень довольна тем, как она прошла.

– Всем спасибо. На сегодня всё.

В аудитории раздались аплодисменты.

– Спасибо! – прозвучало со всех рядов. – Это было очень полезно.

«Им понравилось!» – я едва сдержала удивлённый возглас, оставив его только в мыслях.

– Конечно. Ты была прекрасна! – гордо заявил фамильяр.

Убегая на следующее занятие, студенты радостно улыбались мне, и даже усталость отступила на второй план. «Кажется, у меня неплохо получается быть профессором…»

В отличие от понедельника и вторника, в которые я была занята с утра до вечера, среда казалась почти выходным: утренняя лекция была единственной. Я уже распланировала в голове поход в библиотеку и знакомство с кухонным персоналом Академии, но, как известно, Геката любила смеяться над планами.

В аудиторию заглянул штатный посыльный.

– Профессор Кроу, вам письмо. Принёс мужчина-неведающий, сказал, что срочное.