- Кто? - невнятно спросил Николай в ответ. Он не сделал ни одного движения, не собираясь тратить разделяющий их метр, - и не собирался делать, пока не услышит устраивающий его ответ.
- Дед Пихто! Садись, тебе говорят!
Стоя по-прежнему пригнувшись, Николай показал несложный жест, и мужик моргнул. Оглянулся, снова посмотрел на него.
- От Рабиновича я! Да садись же.
В этот раз Николай удовлетворённо кивнул и сел. Пристёгиваться он не собирался, но сделал это, как только осознал, в каком стиле незнакомец собирается вести машину. Странно, но на его хамское поведение тот не обиделся, - по крайней мере внешне.
«Жигуль», рыча мотором как заправский БМВ, пронёсся до развязки с Дворянской, бывшей Куйбышева, и свернул налево, взвизгнув покрышками и едва разминувшись с каким-то неторопливо ползущим на жёлтый драндулетом. Николай закрутил головой в поисках ближайшего ГАИшника. Как бы их сейчас не называли, эта аббревиатура до сих пор считалась неприкасаемой. Нет, пронесло.
- Мля! - с глубоким чувством произнёс водитель через минуту. - Этого ещё нам... Как знал ведь...
Он дал по тормозам и с визгом ушёл вправо - в узкий просвет улицы, по левой стороне которой торчала выложенная из красного кирпича старая пожарная каланча.
- Первый, - сказал он в откуда-то появившуюся в его руке рацию. Это был не обычный сотовый, а что более «навороченное». Почти так же выглядели мобильные телефоны в конце 80-х годов.
- Так и есть. Один чёрный.
Николай опять обернулся, едва не прищемив себе позвоночные диски, но не разглядел сзади ничего. Машина несколько раз вильнула - справа что-то строили, и вдоль перекрытого глухим дощатым забором тротуара выстроилась какая-то рабочая техника, выкрашенная во все оттенки жёлтого и оранжевого.
Они проскочили в арку бывшего «Петровского» универсама, известного старожилам района как «Верёвка», и сделали короткий зигзаг по проездам, квадратом опоясывающим скверик вокруг домика Петра I.
- Прыгай и шхерься за машиной!
Водитель показал рукой и тут же остановился, вытянувшись со своего сиденья, чтобы открыть Николаю дверь.
- Давай!..
Он сразу снова дал по газам, и прихлопнутая Николаем дверца стукнула замком уже тогда, когда «жигуль» успел отъехать на метров на пять, сразу набирая скорость. Николай сжался за единственной стоящей на проулке у тыльной стороны Дома Политкаторжан машиной - выкрашенным в нежно-салатовый металлик Вольво, - встав на четвереньки и прислушиваясь. Мимо промчалась ещё одна машина, - судя по звуку крупная, но выглядывать, чтобы посмотреть, он не стал. Здоровье дороже, и раз умный мужик приказал ему «шхериться», то есть прятаться, делать это Николай собирался со всей душой. Через полминуты сверху, из этой самой машины, за которой он сидел, послышался звук, и отскакивать пришлось сразу, по-рачьи, заранее разгибаясь.
- Давай. На заднее.
На этот раз это был уже действительно Яков, мрачный и злой. Николай супулся на заднее сиденье Вольво, постаравшись не слишком напачкать на полу. Впрочем, коврики в сразу неторопливо покатившейся машине оказались из простого прозрачного пластика, а обивка была из голубоватой грубой ткани, даже без чехлов. Да и вообще, изнутри автомобиль выглядел гораздо проще, чем снаружи.
Яков молчал минуты три, пока они ехали по набережной в сторону моста Свободы, а затем за него, вдоль завода под интимным названием «Вибратор» и ряда раздолбанных зданий, принадлежащих мебельной фабрике.
- Это было представительство Президента, - сказал он, наконец, и тут же невнятно поправился: - Представителя Президента. Интересная у них видеозапись осталась, да?
Что ответить Николай не предполагал, и просто пожал плечами.
- Дед очень довольный ходит, - продолжил Яков тем же мрачным голосом. - Я его перевёз к приятелю, на неделю минимум. Пусть всё успокоится. Или тебя, наконец, кончат, или...
«Придурок!» - неожиданно закричал он, оборачиваясь к Николаю и дёрнув машину. Слева взвыл клаксон, и он, не глядя шарахнулся обратно в свой ряд.
- Ну зачем тебе всё это надо? Ну на фига, скажи мне?!
Взгляд, которым ответил Николай был достаточно красноречивым, но пропал он зря - Яков догадался снова начать смотреть на дорогу. На такой скорости они впилились бы в памятник Нобелю, а за ним в воду, со всей ДУРИ.
- За тобой ходят по крайней мере две пешие группы, - продолжил он, немного успокоившись. - Независимо друг от друга. Скорее всего конкурирующие друг с другом. Мой человек - третий. Сейчас он засёк ещё и машину. В твоём возрасте, это, извини, песец. Знаешь, такой северный пушной зверёк... Ходит за тобой, ходит, а потом ка-а-к...
Он не закончил, взмахнув рукой в чёрной перчатке и стукнув ей по рулю. Николай сидев, стараясь не клацать зубами слишком громко. Такой серьёзной информации он не ожидал.
