– Чтобы эта репортерша в первый же день слила своему журналу эксклюзивные снимки из раздевалки? «„ДЬЯВОЛЫ“ БЕЗ ШТАНОВ» – как тебе заголовок?
– А ты не очень-то ей доверяешь, – усмехнулся приятель. – Странно, она же твой талисман.
– Это всего лишь бизнес.
– Ага, и поэтому ты так на нее пялишься? – Он кивнул на Беса и Мэдди, оживленно обсуждающих ее удар: – Не хочешь к ним присоединиться?
– Чего я на самом деле хочу, так это вернуться в номер и лечь спать.
Что являлось абсолютной правдой. Но вместо того, чтобы послать все к черту и исполнить желаемое, я продолжал наблюдать за увлеченной игрой сладкой парочки. Настала очередь Громова делать ход, но стоило ему только прицелиться, как Мэдди толкнула его бедром, отвлекая от удара. Разумеется, он промазал. Но уже через несколько минут отомстил – по-идиотски танцуя перед лузой, в которую она целилась.
– Ты жульничаешь! – возмущенно воскликнула Вудс, когда не смогла попасть.
– Ты первая начала. – Макс подмигнул ей, натирая мелом кончик своего кия.
Фыркнув, словно взбешенная кошка, девчонка перешла на другую сторону стола. Прицелилась и ударила. Когда последний шар опустился в дальнюю лузу, она победно рассмеялась, затем неожиданно повернулась ко мне и показала два больших пальца.
Несмотря на испорченное настроение, уголок моего рта приподнялся в кривой улыбке. В это время к нам с МакБрайдом подошла смазливая официантка. Длинноногая, в откровенном топе и с собранными в высокий хвост светлыми волосами. Поставив на стойку перед приятелем пинту пива, она задела меня плечом и кокетливо подмигнула, явно намекая на более близкое знакомство. Раздраженный тем, что она закрыла мне обзор, я отвернулся, всем своим видом демонстрируя полное равнодушие. Правильно расценив сигнал, девушка исчезла так же быстро, как и появилась.
Вскоре к нам с Коннором присоединились Медведев, Ландри и Кэмпбелл. Как-то незаметно обсуждение сыгранного матча перетекло к смешным воспоминаниям из жизни. Но я в этом разговоре не участвовал, продолжая наблюдать за игрой в бильярд.
Музыкальный автомат на мгновение затих. Затем заиграла I Wanna Dance with Somebody. Видимо, это была одна из любимых песен Мэдди. Двигаясь в такт с мелодией, она принялась соблазнительно покачивать бедрами. Я сам не заметил, как скучная история Джека о том, как однажды соседский бульдог пожевал его счастливые шнурки, стала фоновым шумом. Член напрягся. Желание перекинуть девчонку через плечо и унести отсюда в свою постель прожгло насквозь.
Окружавшие меня недоумки, заметив, на кого я пялюсь как завороженный, принялись свистеть и улюлюкать, будто прыщавые подростки. Не обращая на них внимания, девчонка продолжала танцевать, едва заметно покачиваясь от выпитого. Не выдержав, я вскочил с места и направился к ней.
– Пойдем. – Я схватил ее за руку и, провожаемый удивленными взглядами Громова и остальных парней, потянул за собой в сторону выхода.
– Куда ты меня тащишь? – захныкала она, впрочем, не сильно сопротивляясь.
– Наверх. Нам завтра рано вставать. – Выйдя в коридор, я прислонил Мэдди к стене и нажал на кнопку вызова лифта. – Какого черта ты так надралась?
– Этот паб называется «Пьяный дятел», – невинно захлопала она глазами. – Чем еще тут можно заниматься?
Мой сдавленный смешок заглушил скрип открывающихся створок.
– На каком ты этаже?
Она задумалась.
– Четвертый… или пятый. Нет, шестой.
Мэдди вытащила из заднего кармана джинсов карточку, которую я тут же поспешил забрать. Триста восемь. Я ткнул на кнопку с цифрой «3».
Ее номер оказался в разы проще моего, что неудивительно. Отели для команды бронируются заранее, а о том, что прибывших будет на одного больше, стало известно в самый последний момент.
М-да… Неудобно вышло. Может, предложить ей поменяться? Подумаешь, переночевать разок в «экономе». Душ тут имеется, уборная тоже. А больше ничего и не надо. Но как только я открыл рот, Мэдди, издав тонкий писк и разведя в стороны руки, прыгнула на постель.
– Знаешь, что я больше всего люблю в отелях? – спросила она, забираясь с ногами на матрас.
– Что? – Прислонившись плечом к косяку, я скрестил руки на груди.
– Здесь всегда можно попрыгать на кровати. – Девчонка замахала руками. – Давай присоединяйся.
Я усмехнулся, отрицательно мотая головой. Проигнорировав мой ответ, она опустилась на колени, соскользнула на самый край, наклонилась вперед и вцепилась в полы моего черного худи.
– Ты такой сексуальный, Харди, – сообщила Мэдди слегка заплетающимся языком. Ее глаза заволокла мечтательная дымка. На щеках углубились две гипнотические ямочки. – И высокий… Высокий и сексуальный. Мой папа от тебя без ума.
Последняя фраза заставила меня закашляться.
– Твой папа?
– Ага, я так скучаю по нему. – Прикусив нижнюю губу, она то ли всхлипнула, то ли… хрюкнула. – Упс! Не обращай внимания, я не плачу.
