– Кажется, у Ролло появился еще один обожатель. – Из кухни показалась Мэдди. Я усмехнулся, увидев ее тапочки с плюшевыми головами пингвинов. Она подошла ко мне и, протянув дымящуюся кружку с какао, кивнула в сторону окна. – Райлс обожает животных. В отличие от Джея.
– Тебе он не нравится?
Ее взгляд стал задумчивым.
– Не знаю. Джейкоб… Он неплохой. Но Райли заслуживает лучшего. – Мэдди положила ладони мне на плечи и приподнялась на цыпочки для нежного, но чертовски короткого поцелуя. – Счастливого Рождества.
Я завел руку ей за голову, притянул к себе за затылок и потерся губами о ее мягкие губы, в ту же секунду осознавая, что просто поцеловать их мне будет недостаточно.
– Счастливо Рождества, репортерша.
– Пора заглянуть под елку. – Она взяла меня за руку и потянула за собой. – Может, Санта и тебе принес какой-нибудь подарок.
Я поставил кружку с какао на кофейный столик и, опустившись на ковер перед елкой, раздвинул ноги, чтобы Мэдди могла удобно расположиться между ними.
– Не думаю, что в этом году я был хорошим мальчиком, – усмехнулся я, когда она протянула мне тщательно упакованную коробку с красным бантом.
Мэдди засмеялась.
– Не думаю, что ты был хорошим мальчиком хоть когда-то.
Фыркнув, я вытащил из коробки стеклянный снежный шар размером с мой кулак, встряхнул его, и красивые маленькие снежинки, сверкая, закружили над ледовым катком, в центре которого стоял чертов Гринч на коньках и в шапочке Санты.
– Вот, значит, как, – произнес я, изображая глубокую обиду.
– Ох, Рид…Мне жаль, – взволнованно защебетала Мэдди, глядя на меня глазами, полными раскаяния. – Боже, какая неудачная шутка. Просто когда я увидела его на витрине… – Притворно хмурое выражение моего лица сменилось кривой ухмылкой, и я тут же заработал болезный толчок локтем в живот. – Засранец.
– Согласен.
Следующим на очереди был мой подарок для Мэдди, она заглянула в коробку и взвизгнула от радости:
– Попкорница!
– Ты вроде мечтала об этой штуке.
Она посмотрела на меня с таким обожанием, как будто это я сегодня зажег на небе солнце, и внутри меня что-то сжалось.
– Ты запомнил…
– Где-то после шестого упоминания. – Еще один толчок. – Ауч!
Когда я распаковал большой сверток, который вручила мне Мэдисон, меня пробрал смех. Под бумагой оказался самый уродливый вязаный свитер, который я только видел. На нем был изображен какой-то несуразный недокентавр с телом северного оленя и головой Санта-Клауса, его копыта опутывали гирлянда и мишура, а с толстой шеи свисал долбаный колокольчик. Стоп. Что это позади него? Космический корабль?
– Иисусе…
– Я знала, что он тебе понравится! – просияла Мэдди. – Надень его.
– Ни за что.
– Ну пожалуйста.
– Точно нет.
Мэдди шумно вздохнула.
– Эх, а я хотела после завтрака подняться с тобой в спальню. Ну, знаешь… немного поразвлечься. Но ты, я вижу, не в настроении…
– Какая же ты маленькая шантажистка, – проворчал я, натягивая на себя шерстяное недоразумение. Когда уродец был на базе, я драматично развел руки в стороны. – Теперь довольна?
Вместо ответа она нырнула ко мне в объятия и снова поцеловала меня. Я провел рукой по ее волосам, крепко сжимая их, и она издала тихий стон прямо у моих губ.
– Черт, как же я хочу тебя…
– Только не здесь, – прошептала она. – Папа может спуститься в гостиную в любую минуту.
– Тогда давай быстрее покончим с этим, – пробормотал я, хватая коробку с логотипом «Дьяволов», которую, судя по эстетике и роскошному шелковому банту, упаковывал Коннор.
Мэдди сорвала оберточную бумагу и ахнула. Внутри была джерси нашей команды, но не сувенирная, а настоящая. Общим решением команды и штаба Мэдисон Вудс получила свой собственный номер – двенадцатый – и была официально зачислена в состав «Денверских Дьяволов» на позицию талисмана. Когда я рассказал об этом ей, она не поверила своим ушам.
– Получается, я теперь хоккеист? – с восторгом спросила Мэдди, проводя пальцами по крупным белым буквам «ВУДС» на ткани.
– Ну, можно и так сказать.
– Это… Я даже не знаю, что ответить. – Она быстро заморгала, бережно укладывая джерси обратно в коробку, и прочистила горло. – Что ж, спасибо за оказанное доверие. Я обещаю…
– Милая, ты не на инаугурации.
– Ох, заткнись. То есть спасибо. То есть… – Вудс закатила глаза, с трудом сдерживая смех. – Господи, как можно так ужасно раздражать и одновременно с этим дарить огромную радость?
– Магия Скорпиона, – ответил я, улыбаясь.
Для Ролло тоже нашлись подарки: большая резиновая кость с ароматом бекона от Эйба, набор мясных лакомств из сыромятной кожи от Гэри, оранжевый мячик с пупырышками для массажа десен от Райли, новая лежанка от меня и вишенка на торте – вязаный свитер от Мэдди. В точности как мой, только на сотню размеров меньше.
– Знаешь, а мне казалось, ты искренне любишь парня. Как же я ошибался.
– Бла-бла-бла… – Она потянулась к очередному свертку, на котором было криво выведено «Гэри», и нахмурилась: – Это что, подарок для папы?
Я кивнул.
– Моя первая забитая шайба.
– Нет, – выдохнула Мэдди, в неверии качая головой.
