Благо, самый простой коммуникатор можно купить в любом ларьке, а прочитать чип можно даже без регистрации в общей сети. Собственно, я и сбегал до главного коридора, где приобрёл у одного из уличных торгашей простейший мини-компьютер. Тормозной и хлипкий, но вполне рабочий.
Затем я забрал чип у Андерсена, на всякий случай запретил ему покидать отель и закрылся в капсуле. Тихо гудела вентиляция, действуя на меня усыпляюще, как белый шум, но я включил новый коммуникатор, быстро прожал все необходимые при первом включении настройки и дрожащими руками воткнул в него чип.
Содержимое чипа представляло собой одинокий текстовый файл. Открыл я его с некоторой опаской, но ничего не произошло. Внутри оказался шифр.
………
Я трижды перечитал всё от начала и до конца, несколько сотен строк, пытаясь вникнуть в эту бессмыслицу. Закрыл файл, открыл снова, проверил его свойства. Создан два с лишним года назад, обновлён вчера вечером. Понятно было только то, что ничего не понятно. На всякий случай не стал копировать его в память нейроимпланта.
Пришлось снова вызывать подполковника Игнатова. Если кто-то и знает, что это за набор символов, то только он.
Ответил разведчик не сразу.
— Игнатов, слушаю, — проворчал он.
— Мы нашли чип с шифровками, — сообщил я. — Текстовый файл, в нём цифры и слова.
Я процитировал несколько строк наугад. Он помолчал.
— Привезёшь мне. Это, скорее всего, список контактов, — сказал он. — Информация ценная, но в нашем случае бесполезная.
Я почувствовал острый укол разочарования. Ниточка, ведущая нас к цели, снова оборвалась.
— Что будем делать теперь? — спросил я.
— Муравью х… Что делать… Искать будем, — проворчал Игнатов.
Ничего конкретного, однако, он предложить не мог. Во всяком случае, пока что. А ходить по станции с фотографией, расспрашивая каждого встречного, не видели ли они эту девочку, просто глупо.
— По другим агентам новостей нет? — спросил я.
— Нет. Подозреваю, что кто-то накрыл всю сеть, — произнёс подполковник. — Придётся импровизировать, командор.
Какая неожиданность.
— А про Луну и Солнце ваши агенты что-то упоминали? — на всякий случай спросил я.
— Что? — не понял Игнатов. — Кажется, что-то было, но без подробностей.
— Похоже, тут затяжной вялотекущий конфликт, — сказал я. — Который перешёл в горячую фазу.
— Как же невовремя… — рыкнул подполковник.
Ладно, разберёмся и с этим. Мы же имперские офицеры, а значит, у нас есть что? Правильно, воинская смекалка.
— Убийцы нарисовали звезду на стене, значит, были из солнечных. Если выйти на их оппонентов, возможно, удастся что-нибудь выяснить, — сказал я.
— Не вижу смысла влезать в местные разборки, но если у тебя желание свербит, то запрещать не стану, — задумчиво произнёс Игнатов. — Всё равно других зацепок нет.
Вот и я так же думал. Девчонку надо найти любой ценой, и без погружения в местные реалии теперь точно не обойтись.
— Найдём. И зацепки, и объект, — заверил его я.
— Очень на это надеюсь, — хмыкнул Игнатов. — Если что-то понадобится, я на связи в любое время.
— Понял. Отключаюсь, конец связи, — сказал я.
Мне нужно было ещё поговорить со старшим помощником, так что я незамедлительно набрал Магомедова. Вряд ли за время моего отсутствия на «Гремящем» произошло что-то интересное, но я был обязан связаться и узнать, как там дела. Я переключился на другой диапазон и вызвал лейтенанта Магомедова.
Тот сразу же ответил, будто только и ждал моего сообщения.
— Лейтенант Магомедов на связи, — отчеканил старпом.
— Мясников. Как обстановка? — спросил я.
— Порядок, — зевая, ответил он. — Мы соблюдаем режим молчания, до нас пытаются дозваться. Кто-то пытался подлететь поближе, шуганули.
— Понятно. Молодцы, так держать, — хмыкнул я. — Скоро к вам привыкнут. Наверное.
— Того и ждём, — сказал старпом. — А у вас как успехи?
— Херово, — честно признался я. — Возможно, придётся повисеть чуть дольше.
— Насколько херово? — спросил он.
— Да максимально, — сказал я. — Хотя ещё не провал.
— Мы чем-то можем помочь? — спросил он.
— Нет, не думаю, — сказал я.
— Ну… Как скажете, командор, — вздохнул Магомедов.
— Ладно, если что, держи в курсе событий, — сказал я. — Связываться буду сам.
— Да какие тут события…
— Конец связи, — попрощался я.
Я откинулся назад на подушку, уставился в потолок, нависающий прямо над лицом. Ну и денёк сегодня. Не самый худший из тех, что мне довелось прожить, но близко к тому. Но унывать и опускать руки точно нельзя, это вернейший путь к провалу, так что я убрал коммуникатор, вытащил из него чип, который спрятал обратно под кактус, предупредил Андерсена, что отлучусь ненадолго, и вышел из отеля.
