Миссис Саллен. А, ну тогда понятно! Сейчас я тебе объясню, что делать. Так вот, любезнейшая, положи ему ногу на стол, вспори ее пошире кухонным ножом, вынь кость, а мякоть хорошенько отбей скалкой. Потом положи туда соли, перцу, гвоздики, мускатного ореха, имбирю и еще каких-нибудь приправ, сунь на два часа в печку — и нога готова.
Крестьянка. Да наградит господь вашу милость! А еще у меня двое ребятишек животами маются.
Миссис Саллен. Прошпигуй их солью с перцем.
Простите, матушка, я тут без вас присоветовала кое-что одной вашей пациентке.
Леди Баунтифул. Ты ее не слушайся, милая, — она у нас чудачка. Ты, верно, ко мне? Ну, выкладывай, что у тебя?
Миссис Саллен. Она просит лекарства — у ее мужа нога болит.
Леди Баунтифул. Что ж у него с ногой, милочка?
Крестьянка. Значит, так — сначала у него была вроде бы какая-то ломота, потом слабота, ну а потом и вовсе рана открылась, и нога распухла. Потом рана закрылась, потом опять открылась, потом гной потек, а потом ему получшело, а потом опять хуже стало.
Миссис Саллен. Ха-ха-ха!
Леди Баунтифул. Ну что ты смеешься над чужой бедой!
Миссис Саллен. А мне надоело плакать над своей собственной, матушка.
Леди Баунтифул. Это не причина, дочка. Несчастья должны были научить тебя жалости.
Миссис Саллен. Но ведь у этой женщины совсем иные огорчения, чем у меня: у нее муж болен, а у меня, к несчастью, здоров!
Леди Баунтифул. Постыдись! Неужто ты хотела бы, чтобы с твоим мужем что-нибудь приключилось?!
Миссис Саллен. Чтоб нога у него заболела? Боже упаси!
Леди Баунтифул. Ступай в кухню, милейшая, там тебя досыта накормят, а потом я скажу тебе, как сварить целебный отвар для твоего мужа. Только пусть лежит спокойно.
Крестьянка. Да он, бедняжка, того и гляди успокоится. (
Леди Баунтифул. Хоть ты и смеешься, дочка, а мои лекарства творят в округе чудеса.
Миссис Саллен. И в самом деле, чудо из чудес, если они хоть кому помогли. Доверие больных к вашим снадобьям, матушка, вот, по-моему, главное чудо.
Леди Баунтифул. Да, порой доверие к врачу и в самом деле помогает больному. А вот у твоего мужа, у того никакого понятия нет, а я ведь его, можно сказать, из самых когтей смерти спасла!
Миссис Саллен. Вы его, матушка, верно, ослиным молоком отпаивали.
Доринда. Сестрица, что случилось!..
Арчер. Где тут леди Баунтифул? Скажите, кто из вас трех — старая госпожа?
Леди Баунтифул. Это я.
Арчер. О, сударыня, меня привела сюда молва о вашем милосердии, щедрости, доброте и редком искусстве врачевания. Помогите, миледи, умоляю вас, помогите моему несчастному хозяину — он при последнем издыхании!
Леди Баунтифул. Да где же он?
Арчер. В саду, сударыня, возле самых ворот. Желая полюбоваться вашим прелестным домом, он вошел за ограду и, не успел он пройти пяти шагов по аллее, как с ним случился какой-то припадок. Он упал и остался недвижим.
Леди Баунтифул. Эй, Скраб, Джипси, скорей. Возьмите мое кресло и принесите в нем джентльмена! Живей, живей!
Арчер. Да вознаградит вас бог за вашу доброту!
Леди Баунтифул. С вашим хозяином и раньше бывали такие припадки?
Арчер. О да, сударыня, частенько. Помню, однажды у него было пять или шесть припадков за ночь.
Леди Баунтифул. Как зовут вашего хозяина?
Арчер. Господи, да он умирает, сударыня! Минута промедления может его убить.
Леди Баунтифул. Бедняжка! Так пойдемте к нему, дружок, я погляжу, чтобы его несли поосторожней. (
Доринда. Ах, сестрица, у меня замирает сердце! Так бы и кинулась ему на помощь.
Миссис Саллен. Даю голову на отсечение — твоя помощь ему нужнее. Я же тебе говорила, что он придумает, как сюда пробраться. Его недуг называется любовью, и ты одна можешь его исцелить. Стоит тебе пустить в ход все свои чары, направить против него огонь своих взглядов — и он твой навеки!
Доринда. Ах, сестрица, я еще такой неопытный стрелок! Я боюсь, как бы рикошетом не ранило меня самое!
Миссис Саллен. Решайся, а то как бы я тебя не опередила.
Доринда. Нет, сестрица, вы уже однажды промахнулись. Так что предоставьте мне действовать самой.
Леди Баунтифул. Сюда, сюда! Нашатырного спирту! Джипси, стакан воды! Какой сильный припадок! Господи, как он сжал кулаки!
