Море обращается против нас, как и предсказывала Мирриам, – волны разверзают пасть, громадные и прожорливые. Я стою, стиснув зубы, в лицо летят острые, как иглы, брызги. Но я держусь стойко и твердой рукой веду «Фантом» вперед.
Не знаю, сколько минует часов. Знаю только, судя по скольжению луны в ночном небосводе, что заря все ближе. Руки болят, от усталости мутится в голове, но я знаю, что только мне, и никому другому, нужно с этим разобраться.
Я достаю из-под рубашки карту и раскладываю ее поверх штурвала. Впервые за долгое время я осталась одна, и другого шанса ее изучить уже, возможно, не будет. Море на карте яростно беснуется, отражая бурный водоворот вокруг. Прищурившись, я с удивлением замечаю среди бегущих волн и сам «Фантом». Темнеющий в лунном свете. До Везучих островов еще далеко, но я вижу, что Мирриам действительно взяла курс на Пенскало. Я обвожу пальцем побережье, выискивая какой-нибудь тайный порт или укромный островок вне поля зрения дозорных.
И пока я ухожу в свои мысли, размышляю, как спасти отца с Брином, и разглядываю карту, удерживая штурвал, тени вокруг начинают сгущаться. Я наскоро запихиваю карту обратно за пазуху, и тут из бездонного мрака ночи доносится знакомый голос:
– И снова здравствуй, Мира.
– ЛОРД ТРЕСИЛЬЕН, – ВЫРЫВАЕТСЯ У МЕНЯ.
Эхо его шагов раздается на палубе, как отдаленные раскаты грома. Он подходит ко мне и вглядывается в океан.
– Или лучше Элайджа?
Он улыбается и поворачивается ко мне.
– Может, и то и другое.
– Так, значит, ты правитель острова и в то же время преступник, тот самый Элайджа, чьи портреты дозорные развешивают по всему Порт-Тренну?
– Только по Порт-Тренну? – Он вскидывает брови; все в нем говорит о властной надменности, кроме озорного блеска в глазах. – Как унизительно. Придется потрудиться.
Я смеюсь.
– А еще благодаря тебе я здесь, а не в плену у Реншоу на корабле. Значит, мне следует быть признательной? Или ты тоже собираешься отправить меня в тяжелом бальном платье на мачту?
Он подходит ко мне со спины, тянется через меня к штурвалу. Накрывает мои руки своими ладонями. Сердце вздрагивает, в груди разгораются тлевшие угольки.
– Я никогда не поступлю с тобой, как Реншоу. Я планирую завоевать твое доверие, Мира. А не злоупотреблять им. Не возражаешь, если я помогу тебе за штурвалом?
Дыхание у меня пресекается, и я моргаю, глядя на ночное небо.
– Пожалуйста.
Он встает позади, изредка наваливаясь на меня, и кончиками пальцев нежно придавливает мои руки, направляя корабль в ночи. Мы вместе рассекаем бурные волны, и он объясняет каждую поправку в курсе корабля. Я чувствую, как жар вырывается из груди и мягко, нежно растекается по телу. Я опираюсь на Элайджу и, всего лишь на миг, поддаюсь влиянию момента. Мысленно представляю, как его руки отпускают штурвал. И опускаются все ниже, по линии талии к бедрам.
Но тут же вытягиваюсь в струнку, вновь от него отстраняясь, и разгоняю туман в голове. А он, как будто прочитал мои мысли и знает, где именно я представляла себе его руки, хитро посмеивается и шепчет мне на ухо:
– Знаешь, как бы оно тебя ни раздражало, бальное платье тебе очень даже к лицу…
Я мотаю головой и, выныривая у него из-под рук, отскакиваю на несколько метров. В обаянии ему не откажешь, но я знаю, как он опасен. А карта, за которой он охотится, все еще у меня, и только я могу ее прочесть. В свете луны его улыбка походит на хищный оскал. Я скрещиваю руки на груди и усилием воли подавляю пламя, которое он во мне распалил. Он опять меня дразнит, уже в который раз.
– Тебя все это веселит, как я посмотрю? Для тебя все на свете – лишь часть игры? Корабль, бойня, кровопролитие…
– Без этого не обойтись, – перебивает он, и его улыбка тает на глазах. – Надо же было вызволить команду из ее цепких лап. А еще мы заключили сделку, Мира. И я должен был сдержать свое слово.
Я уклончиво пожимаю плечами, пытаясь понять, что же он задумал. При каждой нашей встрече он открывается мне с разных сторон. На Энноре из тени вышел незнакомец, владеющий опасной магией, а за столом у Реншоу сидел уже высокомерный юный правитель, отлично чувствовавший себя среди головорезов. Может, он и помог мне сбежать, но не исключено, что я теперь в еще большей опасности.
– Мирриам рассказала, что ей приказали подобрать меня на Энноре и чем-нибудь занять, а самим узнать меня за это время поближе. Все это неслучайно; ты с самого начала планировал выяснить, что спрятано в могильнике сирен.
– Я планировал помешать Сету заполучить это и, следовательно, передать в руки Реншоу, – не раздумывая отвечает он. – Если это та самая карта, о которой я думаю, то она слишком ценная, чтобы достаться кому-то вроде нее.
Я достаю карту и разворачиваю.
– Какая карта, вот эта? Самая обычная карта. На каждом корабле такая есть. Что в ней может быть ценного?
