Заметив, что все окна открыты настежь и включен нижний тусклый свет, Арина решила изменить путь. Тихонько пройдя вдоль стены дома и завернув за угол, она заглянула в одно из окон. В этой комнате никого не было. В это время сбоку, с той стороны, откуда она пришла, послышались шаги. Арина осторожно, стараясь не создавать лишнего шума, забралась внутрь казармы. И сползла на корточки вниз, чтобы со стороны улицы ее невозможно было увидеть.
Человек завернул за угол и, подойдя к окну, заглянул внутрь. Потом, не задерживаясь, пошел дальше – ко входу в казармы. Арина, немного привстав, посмотрела в спину уходящего. Это был Боря, который, подойдя к офицерам, сказал:
– Ну все, отправил. Кто там, на посту, с нашим начальником?
Толстый блондин высокого роста и в очках сказал:
– Там сегодня он с Веней и Дамиром. Больше никого не брал. Сказал, что они просто на стреме будут. И он справится один.
– Ну, четко все, доставай бутылку тогда! Он до утра сюда не вернется. Мало того, что он пьян, так еще и после того, как осуществляются такие планы, он вырубается почти сразу. Так что вся ночь – наша.
Все громко засмеялись.
Арина, приподнявшись немного над подоконником, вгляделась в группу, смотрела, нет ли среди них Германа.
Но нет, его там не было.
Она подумала, что надо дойти до койки – у нее там лежал складной швейцарский ножик. И на всякий случай его надо взять с собой, если никто еще не украл.
Она тихонько прошла в свою часть комнаты и увидела Германа, который спокойно спал на третьей полке. Арина подошла и попыталась разбудить его. Проговорила полушёпотом:
– Герман, ты почему не вернулся? Проснись!
Но Герман не реагировал.
В этот момент Арина почувствовала пусть небольшой, но запах алкоголя, исходивший от Германа. Это было очень странно, поскольку Герман рассказывал, что он вообще не пьет. Он не был против алкоголя, но не любил терять даже в самой малой степени контроль над собой. А тут внезапно напился так, что лег спать? Странно, очень странно.
Все было очень подозрительно. Размышляя над всем тем, что вызывало у нее сейчас крайнее беспокойство, Арина дотянулась до своей койки и, нашарив рукой ножик под подушкой, взяла его. Как кошка, быстро и осторожно тут же спустилась обратно. В этот момент голоса на крыльце стихли. Арина выглянула на улицу и увидела, что почти все офицеры направились в сторону стрельбища.
Оставшиеся три офицера вошли внутрь их казармы. Арина услышала их голоса совсем неподалеку. Тогда она быстро вылезла обратно через окно. Но офицерам она была совершенно не интересна. Они зашли, посветили фонариками на ряды и на спящего Германа и, сказав: «Все чисто», – удалились, снова шагнули за порог казармы.
Делать было нечего. Осторожно, перебежками Арина отправилась туда, где ее ожидала награда, которую ее обязал забрать Ничипоренко. Дорога в ту сторону, несмотря на то что совсем недалеко, на той же практически территории находились казармы и жилища офицеров, была плохо протоптана. Было видно, что по ней ходят крайне редко. Арина старалась идти по обочине. И хотя фонари на территории были расставлены по всему периметру части, именно здесь они встречались крайне редко. И приходилось, что называется, пробегать от одного светлого участка до другого. Так наверняка все и делали. Но не Арина. Она, напротив, чувствовала, как обострились все ее чувства. Она ощущала себя диким зверьком. И старалась идти так, чтобы, если что-то внезапно случится, у нее была возможность убежать в темноту.
С каждым шагом кошки беспокойства скребли внутри Арины все сильнее и сильнее.
Ей стало совсем не по себе, когда она подошла к обозначенному дому. Ни в одном из его окон свет не горел.
Это было старое трехэтажное здание темно-красного цвета, постройки, примерно, пятидесятых годов двадцатого века. Скорее всего, подумала Арина, это здание изначально относилось к нежилому фонду, поскольку потолки внутри были даже чересчур высокими для жилья. Как правило, такие потолки бывали в госучреждениях, в каких-то административных зданиях.
Она подошла к входной двери. Вот он – подъезд номер один, который назвал ей Боря. Арина осторожно вошла и остановилась, прислушиваясь. Внутри стояла абсолютная тишина. Арина зажмурилась, чтобы быстрее привыкнуть к темноте. Она попробовала нащупать выключатели, сделать это ей не удалось. Впрочем, это было неудивительно. Находиться они могли, где угодно.
– Сергей Николаевич! Вы здесь? Это Арина Грик! Вы сказали прийти! – прокричала Арина.
Ответом была все та же гробовая тишина.
