Но Ничипоренко схватил ее за волосы левой рукой, а правой больно ухватил за правую грудь и сильно сжал. Боль пронзила все Аринино тело, уходя вглубь груди.
– Прекратите, – закричала Арина.
Ничипоренко еще сильнее сжал и дернул ее за волосы.
– Молчи, сука, молчи! – прошипел он. – Сейчас я вставлю тебе свой член, и ты увидишь, кто тут имеет право говорить! А я ведь оказывал тебя знаки внимания, строил планы. А ты не хотела в мою роту?! Я узнаю, кто наплел тебе про меня! На, сука!
И он, отпустив грудь Арины, с силой схватил и сжал ее промежность. Арина вскрикнула от боли.
– Сейчас я тебя раздену, сучка, и трахну во все дырки, – заорал он.
В этот момент, пытаясь правой рукой расстегивать на Арине штаны, он ослабил хватку левой руки. Она поняла, что медлить нельзя, и с силой откинула голову назад. Расчет оказался верным – Ничипоренко с воплем схватился за нос, отпуская волосы Арины. Арина развернулась и ударила его ребром ладони в ухо, затем схватила его за руку и за волосы и толкнула головой в бок рядом стоящего серванта три раза. В четвертый раз Ничипоренко влетел головой уже в сам сервант. Послышался сдавленный крик, звон стекла. Ничипоренко свалился на пол. Арина схватила свой упавший фонарик и бросилась вон из комнаты. Выбегая, она закрыла огромные двери с внешней стороны на защелку. Добравшись до входной двери, она попыталась отворить ее, но увидела, что дверь заперта на навесной замок. Ключ, видимо, был у Ничипоренко. В этот момент она услышала рык Ничипоренко. Тот истошно выкрикивал проклятия и пытался выбить дверь. К входной двери снаружи кто-то подбежал и стал спрашивать, все ли в порядке? Арина не стала отвечать решив, что это, должно быть, офицеры Ничипоренко. Она отошла обратно к двери, в которую бил Ничипоренко, и увидела, что в окно, которое располагалось рядом с входной дверью, заглядывает человек. Арина поняла, что, как только Ничипоренко докричится до него, человек попытается войти. В голове у нее созрел план. Она схватила настольную лампу, стоявшую в коридоре, и побежала в сторону кухни. Выглянув в окно со стороны кухни, она убедилась, что там никого нет, и разбила окно, швырнув в него лампу. Затем она на цыпочках прошла к лестнице, ведущей в туалет и душ, и тихо, чтобы ее не услышали, сползла по перилам. Когда она уже была внизу, перед дверью в туалет, она услышала, что входную дверь выбили, и сразу сверху распахнулись двери и несколько человек побежали вниз по лестнице. Она быстро зашла в туалет. Нырнув во вторую кабину, она посветила вверх, а потом выключила фонарь и прикрепила его к своему ремню. Упираясь руками в одну стенку, а ногами – в другую, она начала взбираться под потолок, то и дело останавливаясь и прислушиваясь. Наверху был слышен топот ног. Было очевидно, что там не очень много людей, от силы четверо. Когда Арина уже почти забралась наверх, до самой паутины, она услышала быстрые шаги по лестнице вниз, в сторону туалета. Арина замерла. Шаги разделились. Один человек открыл первую кабину и посветил, другой открыл вторую кабину, где находилась Арина. Она затаила дыхание. Мысленно Арина пыталась выстроить план действий, если в эту кабинку зайдет человек и посветит на потолок. Она приготовилась прыгнуть на зашедшего. Никакого другого плана придумать она не смогла. Но этого делать не пришлось. Человек пошел проверять следующую кабину. Послышались шаги еще одного подошедшего.
Потом Арина услышала диалог:
– Здесь все пусто. Мы все просмотрели. Ее здесь нет.
– А куда она делась? Думаешь, выбралась через кухню? – спросил другой.
– Не знаю. Если да, тогда она чертовски быстро бегает. Сейчас узнаем, как только вернется Дамир.
– Ладно, пошли, здесь все чисто. Надо проверить еще душ.
Они направились в помещение напротив. А у Арины начали затекать мышцы. Но слезать пока что Арина не решалась. Хотя держаться, упираясь в стены ногами и руками, было уже крайне сложно.
Наконец, она услышала звук удаляющихся шагов по лестнице вверх. Дальше держаться было практически невозможно. И она потихоньку спустилась вниз. Ее руки дрожали от напряжения. Арина присела на корточки, чтобы прийти в себя и выстроить план возвращения в свою казарму. Если у них есть большие фонари или неподалеку будет машина, то сильный свет обнаружит ее практически везде. Обязательно нужно понять, как они будут передвигаться дальше. Если пешком – это одно, а если на машине, то это уже совсем другое. Она подумала было, что можно остаться здесь на ночь, но потом отказалась от этой мысли. Утром все обнаружат ее отсутствие, а этого ей очень хотелось избежать. Была еще одна проблема – сторожевые собаки. Для охраны всей части их выпускали в полночь. Так что делать было нечего, до двенадцати ей нужно было попасть в свою казарму. Сейчас, ночью, в казарме окна открыты, и можно будет хотя бы попытаться незаметно прошмыгнуть внутрь.
Надо что-то делать. Надо что-то уже начинать делать!
Арина стояла, пытаясь придумать идеальный план. Наверху еще слышались голоса, но вот они переместились на улицу.
