Хотя мало ли каким изначально задумывался этот дом, подумала Арина. Внимательно оглядев душ, Арина вышла, покинула полуподвал, снова поднялась наверх. Поочередно зайдя во все двери на первом этаже, она очутилась, похоже, в самой большой комнате этого здания. Видимо, когда-то эта комната являлась общей гостиной или общественной комнатой отдыха. Тут стояло несколько кресел, диван, большой телевизор с кинескопом времен СССР. Здесь были даже бильярдный стол и столик для пинг-понга. В одном из дальних углов располагался большой стол, а рядом лежали коробки с настольными играми. Во всей комнате находилось еще пять-шесть столов поменьше, которые, видимо, использовали и для настольных игр, и для чаепитий с задушевными беседами. Комната была залита лунным светом, который попадал в комнату через большие окна, расположенные по периметру всего пространства. А в перпендикулярной окнам стене был большой камин. Вглядевшись, Арина поняла, что он был настоящим, а не электрическим. Над камином находились встроенные в стену полочки, на которых стояло несколько фотографий, оставшихся, видимо, от предыдущих обитателей. На одной фотографии была изображена, по-видимому, рота. На другой – какой-то детский праздник, еще на одной была запечатлена свадьба. Арина шла вдоль стены, рассматривая то, что находилось дальше. А дальше стоял сервант с посудой, которая, видимо, использовалась по случаю застолий на большие праздники. Слева, совсем уж невпопад, стоял придвинутый небольшой столик. Арина удивилась, подходя к нему. Стол был круглый и касался стены в одной только точке.
«Странно, – подумала Арина. – Кто же ставит круглые столы к стене, да еще в таком помещении?»
Подойдя к столу, она увидела, что на нем что-то лежит. В этот момент завыла сирена отбоя. Арина встрепенулась, испугавшись, и выключила фонарь. Потом успокоилась, перевела дух и снова включила фонарь, чтобы рассмотреть то, что находится на столе.
Она подняла лист, на котором было что-то напечатано и нарисовано. Не сразу до нее дошло, что на листе была напечатана копия ее фотографии из личного дела. А на фотографии красным маркером была нарисована мишень, которая находилась прямо на изображении Арины. В тот момент, когда сирена отбоя прозвучала в третий раз и стихла, Арина услышала быстрые шаги позади себя. Но прежде, чем она успела что-либо сделать, ее резко схватили за волосы и вывернули за спину левую руку. Позади слышалось шумное дыхание. Стоящий сзади приблизился к ней, приник губами и носом к ее голове и начал шумно вдыхать запах ее волос. По ощущениям рост этого человека был немного больше, чем у самой Арины, а телосложением он был, конечно, покрупнее нее. Пока она осознавала все это, тот, кто стоял сзади, начал тереться своим телом о нее. Арина стояла в оцепенении, думала, что предпринять.
– Кто вы? – спросила она, стараясь, чтобы голос ее не дрогнул. – Что вам надо?
В этот момент человек прижался к ней еще сильнее и медленно провел языком от нижней части шеи до затылка. По телу Арины пробежала неприятная дрожь. Она узнала запах. Этот горький, затхлый дух немытого тела, смешанный с запахом только что выступившего пота, перемешанный с приторным ароматом сладкого алкоголя. Этот мужчина, что держал ее теперь, сегодня пил определённый напиток, который в России пьют не очень часто, но спутать его ни с чем невозможно. Она узнала запах портвейна. И запах этот она сегодня уже чувствовала.
Мужчина позади нее покачивался, совершая вызывающие у Арины тошноту телодвижения. Он активно терся об ее левое бедро, потом делал выпады выступающей частью своего тела, как будто занимался сексом, периодически проводя языком по Арининой шее и затылку.
Арина попыталась заговорить с ним:
– Долго будете играть в молчанку? Что вам нужно от меня? Может быть, наконец, скажете? Или так и будете молча тереться?
Человек сзади затих. А потом зло дёрнул ее за волосы, еще сильнее вывернул руку. Голова Арины запрокинулась. Ей стало нестерпимо больно.
В этот момент она увидела, что перед столом висит большое зеркало. И сейчас в нем отражалось ее перекошенное от боли лицо, а сзади, в темноте, она увидела лицо Ничипоренко. Его физиономия отражалась в зеркале каким-то диким звериным оскалом. И тут впервые он заговорил. Точнее зашипел:
– Молчи, сука! Я все понял прекрасно. Понял, зачем ты стала спрашивать сегодня генерала нашего! Боишься попасть ко мне в роту? Бои-и-ишься, сука! Я знаю, что тебе кто-то рассказал! Ну, ничего, к тому времени, как ты вернешься туда, ты забудешь, кто ты и что ты на самом деле. Сегодня я трахну тебя! Трахну во все дырки! Ты будешь плакать и визжать! И этого выражения на твоем лице больше не будет! К утру ты и говорить-то не сможешь! Я еще не решил, займусь ли я тобой один, или отдам своим ребятам потом. Но в любом случае знай, ты попадешь в мою роту! И никто, кроме меня, из офицеров тобой не будет владеть! Сука! Хотела смыться?! Я тебе устрою!
– Давайте не будем делать глупостей… – начала Арина.
