Боюсь, всё гораздо серьезнеё, чем кажется. Это не просто кучка мародёров, это революционеры. Возможно даже шпионы! — Эшфорд впал в лёгкую панику от увиденного. Его глаза в ужасе бегали от Оливье к генералу и обратно.
— Успокоиться! — рявкнул генерал, встав с кресла. Его крик был уверенным, да и сам он внушал уважение одной своей осанкой и манерой держаться.
Это сработало. Эшфорд тут же выпрямился и замолчал. А Оливье немного испугался такой резкости, но после последовал примеру адъютанта. Генерал продолжил:
— Кто бы они ни были, мы должны выяснить правду. И сейчас не время терять рассудок! Ведь нас, при любых раскладах, будет меньше, чем их.
— Мой генерал, каковы Ваши приказания? — первый среагировал Оливье.
— Всё просто. Мы должны локализовать это восстание вокруг станции и нещадно его подавить. Точно ли они замыслили бунт? — вопросительно посмотрел он на Эшфорда.
— Так точно, мой генерал! Я слышал своими ушами, когда ходил в телеграфную.
В комнате повисла тишина. Всего на мгновение, но даже его хватило; в голову Оливье пришла ужасная мысль: а что, если он отправится вслед за прошлым смотрителем станции? Ведь совсем недавно он видел, как восставшие солдаты решили позабавить себя расстрелами. Конечно, они были уничтожены людьми Логана, но теперь… В его голове закралась мысль: а не действовали ли они вместе? Может, это вовсе не проделки врага, а именно свои демоны?
Генерал первый прервал её, кашлянув. А затем он начал говорить, хотя сначала его голос звучал крайне сипло:
— Что бы не произошло тогда, но сейчас мне ясно одно. Если мы не разберёмся с восстанием здесь и сейчас, то город уже завтра можно будет сдать врагу. А ведь на наших плечах лежит крайне важная задача — дождаться прибытия армии Моргана! Если мы этого не сделаем, то…
— … Республика падёт. — Неожиданно для себя закончил Эшфорд. Он удивлённо посмотрел на генерала, а после, поменявшись в голосе, добавил: — Простите, мой генерал.
— Это было неуместно, Эшфорд, но ты прав. Если сейчас мы не отдадим себя для решения этой проблемы, то она разрастётся, словно раковая опухоль.
В комнате снова повисла тишина. Оливье не проронил ни слова. В его голове всё ещё проносилась мысль о подготовленном восстании, которое не увенчалось успехом в прошлый раз. Наконец, он сказал:
— Мой генерал… Разрешите?
— Слушаю.
— Я думаю, это не первая попытка… Недавно восстание произошло на станции, это вы знаете. Восставшие солдаты убили Лазаруса, моего предшественника. Так вот… Вдруг это был подготовительный бунт?
