И с тех пор все комментаторы ломают голову над тем, почему именно «три года» надо следовать «Дао отца», а не десять, или, скажем, не два? Было высказано предположение о том, что эта цифра «три» означает «много [лет]», но это мнение не имеет никаких оснований. Более того, эти «три года» не фигурируют в тех ритуальных предписаниях, которые вытекают из традиционных указаний Чжоу, а сам Конфуций при этом утверждает, что он не создает ничего нового, а только «следует Чжоу». И представить себе такое, чтобы он, тем не менее, ввел в этот важнейший ритуал похорон что-то свое, причем, как говорят в простонародье, – просто «от фонаря», – это значит совсем не знать Конфуция, не понимать его внутренний мир.
Традиционный перевод (с учетом появившихся в тексте «трех лет») в виде: «Пока жив – смотри на его намерения, а после смерти – на его дела» – лишен всякой логики по той простой причине, что когда человек умрет, у него уже нет никаких «дел» на земле. Это во-первых, а во-вторых, необходимо смотреть на «дела» отца именно тогда когда он жив: не будешь смотреть когда он жив, – не будешь знать Дао отца после его смерти. И о каких тогда «годах» можно вести речь?
Иероглиф син, который мы видим в этом тексте, приобрел значения «дело», «акт», «занятие» (так во всех стандартных переводах) только после размышлений китайских интеллектуалов о смысле текста Лунь юй. Изначальные графические значения этого иероглифа – это «идти», «ходить», «продвигаться вперед», «проходить», «уходить», «отлучаться», т. е. все то, что связано с процессом передвижения на ногах, или с дорогой, по которой идет человек. Отсюда – его стандартное значение в виде «божества (духи) дороги», причем, без дополнительного иероглифа «духи». А также очень древние: «*проезжая дорога», «*перекресток больших дорог», «*дорожное снаряжение». Но не только это, а например: син чжу – «*походная табличка с именем предка», сы син – «*совершать моление духам дорог». Ни о каком отвлеченном значении «дело» во время Конфуция речи быть не могло.
Во всех подобных наших рассуждениях нет никаких «секретов» или каких-то «тайных знаний». Здесь – только чистая логика. Но логика разумная, а не основанная на эмоциях или на «непререкаемом авторитете» древних китайских комментаторов. И кто виновен в том, что сам Конфуций – это некое удивительное и необыкновенное чудо для всего человеческого мира, а все его комментаторы, тоже китайцы, – это… мягко говоря, какие-то наивные дети, не владеющие элементарной логикой рассуждений.
Да, бесспорно то, что в какие-то древние времена текст Лунь юй был сознательно отредактирован под интересы уже другого, более «плотского» государства. Причем, эти люди рассуждали чисто земными категориями совершенно искренне, и им даже «в дурном сне» не могло померещиться о каком-то «опыте Вэнь», который является стержнем всего этого текста. Но ведь у любого человека на земле существует все-таки еще и «русская» голова, а не «китайская» табличка. И эта голова служит не только для того, чтобы «носить шапку» (в древнем Китае именно по форме шапки, по ее материалу и по ее цвету определялся ранг знатности человека), но и для того, чтобы ей думать. Бесспорно, сердце – важнее, и в этом китайцы правы. Но и голову тоже можно и нужно использовать с пользой, особенно когда сердце китайца молчит.
<p>Суждение 1.12</p>
