Конфуций и Вэнь полностью

Следующий период развития – третий. Он вступил в силу почти сразу после ухода из жизни Чжун-ни. Общество все больше освобождалось от своих религиозных «предрассудков», связанных с духами, и все больше разворачивалось в сторону окружающей человека земной жизни. Именно во время Чжун-ни бронзовый век в Китае стал меняться на век железный (этот процесс продолжался вплоть до IV в. до н. э.). А это, в свою очередь, означало, что стала усиленно развиваться промышленность, рудниковое дело, сельское хозяйство, получила новое развитие торговля, открылись первые школы, потребовался бухгалтерский учет, стало насущным составление договоров-контрактов. Канцелярская жизнь империи Цинь Шихуанди предъявляла новые требования к дворцовым записям. Г. А. Ткаченко в своей книге «Космос, музыка, ритуал: Миф и эстетика в “Люйши чуньцю”» (М.: Наука. Главная редакция восточной литературы, 1990, стр. 10) заявляет:

Новая письменность стала обслуживать потребности всего общества: обслуживать общение человека с человеком, а не человека с духами. Это наглядно видно из анализа всего содержания первого словаря Эръя. Само появление этого словаря свидетельствует о том, что «птичка выпущена из клетки на свободу», – что окончательно сняты все прежние сакральные ограничения в отношении «письменности».

Третий период развития письменности является переходным, – это кардинальный поворот от письменности рисунчатой к письменности фонетической, уже имеющей какую-то грамматику, т. е. к письменности, которая стремится как-то – хоть «косо» и «криво» – отобразить живую человеческую речь. Зародыши всего этого уже существовали в письменности прежней. Это – наличие определенного числа «служебных слов», наличие в составе отдельных иероглифов таких знаков, которые можно было впоследствии классифицировать как «ключи», и, что самое главное, – произношение рисунков-иероглифов.

Формирующиеся нормы разговорной речи стали «лепить под себя» имеющийся «духовный материал», представленный в виде прежних иероглифов, жертвуя при этом их прежним рисунчатым смыслом. Главным «дирижером» развития новой системы письменности стала фонетика. Это произошло «само собой», почти автоматически и почти незаметно для самих образованных китайцев, – после того, как иероглиф-слово стал состоять из двух разных знаков: так называемого ключа и фонетика. Особенно интенсифицировались фонетические процессы после проникновения в Китай «санскритского» буддизма (I–III в. н. э.).

Сами китайцы – на фоне всех новых преобразований в жизни общества – этого перехода, скорее всего, даже не заметили, потому что из аристократического Китая окончательно «ушли духи». В Китае, по аналогии с Древней Грецией, «Умер великий Пан». Более того, нет сомнения в том, что образованные люди воспринимали такие «удачные» нововведения в письменности с воодушевлением. И бесспорно то, что конкретные исполнители, отвечающие за реформу письма, получали богатое вознаграждение от правителей.

Возникшая в обществе потребность в большом количестве новых понятий-слов обрушила всю систему «картиночной» письменности, которая выявила свою полную несостоятельность для целей такого рода. Она была предназначена исключительно для общения человека с миром потусторонних духов, но не в качестве универсального средства передачи любой информации – какой угодно, или о «духах», или о санации отхожих мест, или о составлении бухгалтерского учета.

Более того, по причине естественного дефицита в возможности создания новых рисунков иероглифов – понятно, что очень сложно создать порядка восьми-десяти тысяч различных графических знаков, которые бы отчетливо дифференцировались зрительно – в «переплавку» пошли все те древние знаки, которые имели отношение к «духам», и которые уже не были востребованы в обществе в этом качестве. Таким образом большинство важнейших древних иероглифов получило новые значения, не имеющие никакой связи со своим славным прошлым. Реальность в виде действительно существовавшего прославленного Вэнь-вана оказалась «оторванной» от синхронной ей «рисуночной» письменности, и в информационном плане «зависла в воздухе», т. к. утратила свое подлинное письменное описание.