– Никто тебе не докладывал, наверное, поэтому.
– И так и эдак. Потому что мне было всё это вообще не интересно. Жизнь бьёт меня за мой эгоизм. Это моё проклятие и в то же время бесконечно щедрый дар в виде тебя.
– Какой ты меня видишь, я являюсь только с тобой.
– Это не так.
– Так-так. С другим… Я просто утопила бы их, как котят.
– Не говори так. Ты бы так никогда не поступила.
– Поступила бы. Но мне приятно думать, что Хайджи, Урсула, Мила, Трейс, Майя и Сандаара вырастут в таких же красавиц и просто хороших женщин, как твои старшие дочери.
– Спасибо, родная.
Глава 18
Далила сидела в столовой в ожидании завтрака после утренней возни со старшими детишками. Хрисанф вернулся из кухни с дымящейся старинной фарфоровой супницей, в котором была гречка с тушенкой. Он поставил еду на стол, снял рукавицы и побежал за салатом, хлебом и сливочным маслом.
– Как тебе моя новая сервировка?
– Как всегда на высоте.
– Это глупо класть такую простую еду в разную интересную посуду?
– Нет. Я видела, что у нас, например, редкое земляничное варенье наливают в длинные узкие бокалы, как вроде для шампанского. И мне нравятся креветочные штучки с майонезиком и икрой, которые ложат в бокал. А гречка – это еда богов, если не слишком часто.
Сама она могла кинуть в тазик подозрительную не совсем съедобную штуку и покатить по столешнице в сторону мужа, как булыжник в керлинге.
– Вкусно?
– Очень!
– Вот ещё сюрприз для тебя: твой любимый тыквенный сок. Он настоящий.
Агний аккуратно поднёс ей хрустальную кружку с густым оранжевым соком, и, на всякий случай, положил туда широкую соломинку.
– Нет, ты просто подлил сюда из коробочки детского питания (он вполне на такое способен).
– Нет же! Ты что не слышала о том маленьком подворье за городом? Они сами выращивают тыкву и другие культуры. Я специально ездил к ним с утра пораньше, чтобы купить этот напиток.
– Сейчас зима, а не хэллоуин.
– Вестимо! Есть же понятие: запасы и консервация!
– Ну, хорошо, уговорил.
Она пригубила из стакана и осталась довольна.
– Почти также, как, когда мне не было ещё тридцати и я брала такой же, но готовый сок в одном магазинчике. Вкус молодости! Даже если ты соврал мне, то всё равно угодил.
– Зачем мне врать тебе, детка.
Он опустился на колени и не без церемонии приложился к её руке, впечатав немного влажный и тёплый поцелуй на её ладони.
– Что ты делаешь? Опять какие-то старческие ностальгии.
– Нет. Просто готов ползать вот так по пятам за вашей милостью за вашу невероятную добродетель. Можешь эксплуатировать меня на полную катушку. Только не забудь эксплуатировать и моё тело (добавляет предприимчиво).
– Не слишком-то расслабляйся. У меня слова порой с делами расходятся. Даже не по моему желанию. Так что вставай и давай мыть посуду.
Хрисанф подпрыгнул и, прыгая вокруг Далилы, как танцмейстер из советской Золушки, сделал шикарный поклон со взмахами рук и шляпой, которую наскоро выудил из угла столовой.
– Агний, перестань дурачиться! Тебе что, делать сегодня нечего? Уже 9 часов, а ты всё ещё торчишь дома. Непохоже на тебя.
– Если ты меня гонишь, то я буду торчать здесь до самой ночи!
– А ночью? Уйдёшь?
– Ночью я буду торчать от другого.
– Хен-тааай!
Далила взяла его шляпу и стряхнула несуществующую пыль с его плеч.
– Тогда, останься.
– Ухожу.
– Так я и знала. Все вы такие.
– Тогда остаюсь! Не хочу быть, как эти "все". И вообще не упоминай этих "всех".
Они немного поняшились, хотя у Хрисанфа внутренние часы расписаны по миллисекундам, так что и на неё у него отведено только должное.
– Какие планы у самого занятого мужчины в мире?
– Ничего особенного. Быстренько сгоняю в институт, я там со всеми отчётами справился досрочно, так что могу туда вообще не ходить, только на оставшиеся лекции и ещё один экзамен принять. И на корпоро. Потом малость в ангаре покопошусь: та машина, о которой я тебе говорил, почти готова, покрасить только и мелочи. Чуть покорплю, а то Калита скажет, что ничего не делал в его отсутствие.
– Продай её на аукционе. Не сдавай в лс суперкарс и другим интересующимся не показывай. Они всё равно уломают тебя сбить цену. Вы с Никитой горбатитесь там по миллион часов, чтоб задарма давать такую ценность?
– Лс суперкарс и на аукцион? Вы, дама, белены объелись. Или это материнство так действует?
– Ничего подобного. Я была на аукционе Саунд-дайв-эможн. Там можно продать и купить всё что угодно. Хорошо пойдёт.
– Ничего себе. Это когда же?
– Неважно. Ты там неподалёку командировался. Я хочу знать, какой максимум она (машина) может срубить.
– Прилично. Но зачем нам лишние деньги?
– Незачем. Но можно Арсушке дать, как премиальные, например.
– Арсу это вообще мимо.
– Но они с Аэлитой могли бы сделать расширение. Уже семья. Может, и дети появятся.
– Далеко думаете. Хм… Я и сам думал построить дом для них между нашей усадьбой и калитинским "заповедником", но боюсь Айнар лопнет, когда узнает. К тому же ты его плохо знаешь. У него замечательная берлога. И жена такая мелкая, что хоть в карман положь. Дюймовочка. Он итак всем доволен.
Далила оскалилась и кинула в супруга веер из разноцветных перьев.
