«Лунный свет» занимал двухэтажное здание полностью. Владелец дома снял перекрытия между этажами, чтобы создать необыкновенную атмосферу воздушности. Но ресторация могла похвастаться не только необыкновенными высокими потолками. Очарования этому месту придавала чудесная акустика зала. Музыка, исполняемая на сцене, была слышна в любом уголке помещения так, что у посетителей, занимающих столики далеко от нее, складывалось ощущение, что они сидят напротив музыкантов.
Метрдотель «Лунного света», поприветствовав нового гостя, с минуту неискренне сокрушался, что лорд не озаботился заблаговременной бронью, но пара золотых быстро решили проблему, обеспечив лорду Бойлу ближайший к сцене столик.
Оллема, выступавшая на сцене была хороша. Увлеченность музыкой читалась в движениях рук, в том, как она раскачивалась в такт музыке, чувствуя ее настроение. Девушка отменно владела инструментом и успешно справлялась с влиянием музыки души. Грейнн привычно выставил блок. Сейчас ему было не до чужих художественных успехов. Музыка взмывала и опадала, вилась лентой, стелилась полозом, а оллам отсчитывал такты до финала. Последняя пауза была разорвана аплодисментами. Под их звук Оллема, гордо держа голову и королевскую осанку, спустилась со сцены. Грейнн поднялся со своего места и отодвинул стул, приглашая девушку, присоединиться к нему. Та с благосклонной улыбкой приняла приглашение.
Вниманием гостей завладел кларнетист четвертого года. Молодой человек с белоснежной салфеткой, перекинутой через руку, наполнил бокалы белым вином и оставил кожаную папку со списком блюд, подаваемых в заведении.
— Мне нужна помощь, Лиадейн, — произнес Грейнн фразу, которую искренне всем сердцем ненавидел.
— В чем, Грейнн? Слышала, хоть и со скрипом, но ансамблевый зачет у тебя закрыт. Но не твоя вина, что тебе подобрали такого, — девушка очаровательно поморщила носик, но тут же вновь вернула благожелательность выражению лица, — партнера.
Оллам проигнорировал пренебрежительную гримасу красавицы.
— Я знаю, что Слуагадхан Броган оказывает тебе весьма настойчивые знаки внимания. Мне нужно знать, где он живет.
— А с чего ты решил, что я владею такой информацией? — тихо, но очень зло произнесла Лиадейн. В ее глазах вспыхнула ярость.
— Я видел, что ты принимаешь его ухаживания. Он приезжал за тобой к консерватории… — речь Грейнна Бойла была прервана.
— И что с того? По-твоему я знаю, где обретаются все, кто оказывают мне знаки внимания? Или я что, похожа на гулящую девку, мчащуюся, как голодная собака, за каждой подвернувшейся костью?
— Я ничего такого не имел в виду, Лиадейн, — спокойно парировал молодой человек.
— Тогда зачем вообще задал такой вопрос? — уже гораздо менее зло фыркнула девушка. — Зачем он тебе так срочно понадобился?
— Он забрал у меня кое-что. Должен вернуть.
Грейнн вздохнул. Ему не хотелось думать, что эта ниточка оборвалась, и придется ждать до вечера, чтобы лицезреть самодовольную рожу бывшего приятеля, не в силах ничего сделать.
— Интересно что? — усмехнулась скрипачка
Воображение рисовало страшные, но реалистичные картины, воплотить которые его давний знакомый вполне был способен. Пытаясь стереть воображаемые изображения, молодой мужчина с силой потер ладонью подбородок. Затем, не теряя бесстрастного выражения лица, произнес, глядя в глаза собеседнице:
— Адерин.
Глаза Лиадейн сузились. В зрачках вновь зажегся злой холодный огонь.
— Вот уж ради кого я не ударила бы и пальцем о палец. Наверняка сама к нему побежала.
Красивые черты исказила брезгливая гримаса. Грейнн сощурился. Его голос сделался ласковым, обволакивающим.
— Ты не понимаешь, Лиадейн. Хан опасен. И если думаешь, что он в Керне столько времени прозябает из-за тебя, то ошибаешься. Броган не из тех, кто влюбляется с первого взгляда. Он вообще не из тех, кто влюбляется. И уж точно не из тех, кто женится. Есть подозрения, что Хан связался с очень опасными людьми, которых не устраивает расстановка сил в королевстве. Подумай сама: нужны ли тебе такие связи? Хочешь ли ты, чтобы о тебе говорили, как о подруге, а возможно и больше, преступника или, еще хуже, предателя?
Оллам испытывающе смотрел на девушку. Безразличие на ее лице дало трещину. Уголок губ то и дело подрагивал.
— Это ложь. Я не достаточно хорошо знакома с лордом Броганом, и в жизни не заподозрила бы его в предательстве. К тому же я ему не подруга…
— А просто хорошая знакомая? Лиадейн, не разыгрывай дурочку, мы оба знаем, что ты таковой не являешься. — Теперь тон оллама был жестким и непримиримым. — Подумай, на какую партию ты сможешь рассчитывать, если после громкого разоблачения пойдут слухи определенного толка, а они пойдут, Лиадейн.
За столиком воцарилось молчание. Скрипачка поджала губы, явно не желая продолжать беседу. Грейнн Бойл хмыкнул.
- Что ж. Мне пора.
Оставив на столе плату за вино, молодой человек встал и направился к выходу, но был остановлен негромким «погоди». Лиадейн поднялась, подошла к нему и пристально посмотрела в глаза.
— А если я не окажу содействие? — процедила девушка.
