– Что случилось? – воскликнул он, еще на пороге поняв, что что-то не так.
– Деньги украли, – хмуро ответил Кречетов.
– Сколько? Много? – испуганно спросил Сорокин.
– Четыреста рублей.
– А где они лежали?
– В ящике моего стола, в коробочке.
– Но как их могли украсть? – недоверчиво спросил Сорокин. – В доме почти постоянно кто-то есть.
– Значит, как-то умудрились, – рыкнул Кречетов.
– А может Манюня куда переложила?
– А что, может быть? – загорелся надеждой Павел Ильич. – Позови-ка ее, Александр.
Через минуту Манюня предстала перед трибуналом.
– Машенька, – очень серьезно проговорил Кречетов, – ты случайно не открывала ящик моего стола и не брала деньги, знаешь, такие красные бумажки с портретом Ленина?
– Нет, дедушка, – испуганно ответила притихшая Манюня, пораженная необычайной серьезностью тона Кречетова.
– Значит ты не лазила в ящик, не открывала коробочку и не доставала деньги? – на всякий случай уточнила Савицкая.
– Ну я же только что сказала, что нет, – Манюня готова была расплакаться.
– Ну конечно же, мы тебе верим, – поспешил успокоить ее дедушка. – Пойди, поиграй.
Дарья Валентиновна и Денис Семенович Сазоновы тоже недоумевали, как могла произойти кража.
– А у тебя есть еще деньги? – поинтересовался Сазонов.
– Да есть, около тысячи, но дело не в этом. Разве можно терпеть воровство?
– Конечно нельзя, – согласился Сазонов. – Что ты намерен теперь делать, обратишься в милицию?
– Завтра с утра схожу к следователю, – кивнул Кречетов.
– Да ты посмотри в других местах, – вмешалась Наталья Павловна, – может, ты положил куда и забыл.
– Нечего мне склероз приписывать, – рассердился Кречетов. – Я еще из ума не выжил, как тебе того бы хотелось.
Хлопнув в сердцах дверью, он вышел из комнаты.
– Ну и деревенька, пропади она пропадом, – заключила Дарья Валентиновна.
На следующее утро Кречетов как и собирался отправился к следователю. Макушкин внимательно выслушал его и подумал: «Ну вот, злоключения начинаются». Вслух же сказал:
– Все ясно, Павел Ильич. А вы не посмотрели больше нигде нет, ну так для очистки совести?
– Вы что меня за сумасшедшего держите, – разъярился Кречетов, – сначала дочь, теперь вы.
– Держите себя в руках и не скандальте в моем доме, – одернул его Петр Афанасьевич Терентьев. – По-моему, Павел Ильич, у вас что-то с нервами.
– Посмотрел бы я на ваши нервы, если бы у вас сорок червонцев увели? – запальчиво крикнул Кречетов.
– Ну-ну, Павел Ильич, что же вы так разошлись, – попытался успокоить разбушевавшегося пострадавшего Макушкин. – Скажите, больше ничего не пропало?
– Вроде бы нет.
– Вы не уверены?
– Ну, я не устраивал полную ревизию.
– Так-так, скажите, а когда последний раз вы видели деньги?
– Не помню, недели три назад.
– А почему вы решили их достать именно вчера вечером?
– Сегодня собрался заплатить рабочим.
– Понятно. А не замечали ли вы за последние три недели каких-нибудь признаков взлома, может быть вещи были переставлены?
– Ничего подобного не замечал, – решительно ответил Павел Ильич.
– Кто из домашних знал, где вы храните деньги?
– На что вы намекаете? – взвился Кречетов.
– Ни на что, – спокойно произнес следователь, – не надо так кипятиться, Павел Ильич.
– Вы что думаете, что деньги взял кто-то из своих? – не унимался Кречетов. – Это абсурд. Вы совершенно некомпетентный следователь, вы…
– Тогда какого черта вы ко мне пришли? – оборвал его Макушкин.
От упоминания черта Кречетов слегка протрезвел.
– Я хочу, чтобы нашли вора, – заявил он наконец.
– Вы будете искать его сами или этим займусь я? – уточнил Макушкин.
– Пожалуй, вы, – сдался Кречетов.
– Вы хотите, чтобы деньги нашли, не так ли?
– Конечно, хочу.
– В таком случае вы очень облегчите мою задачу, если будете просто отвечать на вопросы. Договорились, Павел Ильич?
– Договорились, – буркнул Кречетов.
– Ну вот и отлично. Тогда еще вопрос: никто из строителей не мог знать, где вы держите деньги? Может быть, вы при них доставали их из коробочки?
– Нет.
– Хорошо, а ваш стол запирается на ключ?
– В этом не было надобности до сих пор, – грустно добавил Кречетов.
– Вот что мы сделаем, Павел Ильич, – подумав с минуту решил следователь. – Вы мне сейчас принесете эту коробочку, а я отдам ее дактилоскописту.
– Если вы рассчитываете поймать таким образом кого-нибудь их домашних, то ничего не выйдет, – предупредил он следователя.
– Это почему? – удивился тот.
– Потому что вчера все мои домочадцы начали искать деньги по всему дому и каждый счел своим долгом облапать пресловутую коробочку.
– А от кого исходила эта идея, я имею в виду поиск денег и осмотр пустой коробочки?
– Не то от Дарьи, не то от Дениса.
– Понятно, – кивнул следователь, поправляя съехавшие очки. – Но вы, все-таки, принесите коробочку и мой вам совет, Павел Ильич, запирайте деньги на ключ.
Кречетов устало поднялся и отер пот со лба. Выглядел он полностью укрощенным.
– До свидания, Еремей Галактионович, – вежливо попрощался Павел Ильич. – Спасибо и извините, что вел себя грубо.
– До свидания, Павел Ильич, постарайтесь не принимать пропажу близко к сердцу, деньги я разыщу.
