Минут десять она рылась в столе, заглянула под матрац и, наконец, принялась за платяной шкаф. Она уже заканчивала просматривать мешок с носками, как вдруг рука ее наткнулась на что-то твердое. Из большого мешка Авдеева вытянула какой-то длинный предмет.
– Ну-ка посмотрим, что это такое? – прошептала она, с нетерпением вытаскивая находку на свет божий.
То, что предстало ее глазам, было явно неожиданным для их владелицы. На ладони журналистки лежал шприц. Шприц был обычный, каких выпускают массу, но вот игла сразу привлекла ее внимание. Она была очень длинной и необычайно тонкой.
– Вот те на, – пробормотала Авдеева, обескуражено разглядывая неожиданную находку.
Легкий скрип двери вселил в нее ужас, она едва подавила крик, затем медленно повернулась. На пороге комнаты улыбаясь стоял лейтенант Скворцов.
– Боже как вы меня напугали, «Холмс», – вздохнула она с облегчением, но тут же добавила с подозрением смешанным с негодованием. – Вы что же все время следили за мной?
– Конечно, – подтвердил Скворцов и важно добавил, – «Холмс» обязан быть в курсе всего. Это вопрос престижа, – и пресекая любые возражения моментально спросил:
– Что это вы держите на ладони?
Авдеева протянула ему шприц. Лейтенант с интересом рассмотрел его, пару раз подкинул на ладони, попробовал кончиком пальца иглу.
– Острая, – констатировал он.
Авдеева молча ждала решения Скворцова.
– Положите шприц туда, откуда взяли, – распорядился Скворцов.
– Да, думаю, так будет лучше всего, – раздался за спиной мужской голос.
Скворцов резко обернулся. В дверях стоял Сорокин. На лице его играла обычная улыбка.
– Что вы здесь делаете? – неприветливо спросил его Скворцов.
– Наблюдаю за вами, «Холмс», – насмешливо ответил Сорокин и галантно поклонился Авдеевой. – А вот и вы мой милый «Ватсон», я был уверен, что застану вас здесь, – промурлыкал он.
«Черт бы побрал этого Ромео!» – с досадой подумал Скворцов.
– Вы знаете, чей это шприц? – поинтересовался он.
– Понятия не имею, – ответил тот, повертев шприц в руках.
– Кира Борисовна, положите его на место, – скомандовал Скворцов.
Авдеева аккуратно положила шприц в мешок с носками и повернулась к Сорокину.
– Как вы посмели следить за мной? – пылая праведным гневом, вопросила она.
– Вы сами виноваты, – развел руками Сорокин, – ведь мы договорились работать вместе, а вы, – укоризненно погрозил он девушке пальцем, – решили проверить все в одиночку и присвоить все лавры себе.
– Ничего себе лавры, – буркнул Скворцов, – проникновение в чужой дом. Да тут пахнет уголовным кодексом.
– Только не говорите об этом следователю, – умоляюще попросила Авдеева.
Скворцов сделал строгое лицо, но потом мышцы его расслабились.
– Я думаю Еремею Галактионовичу незачем об этом знать, – подмигнул он журналистке. – Вы с нами, Александр Иванович?
– Конечно, – кивнул тот. – Неужели я пойду к следователю?
Его даже передернуло от такого нелепого предположения.
– Однако, вы молодец, – выразил он свое восхищение Авдеевой. – Я не ожидал, что вы найдете что-либо подобное.
– Ой, – спохватилась Авдеева, взглянув на часы, – нам пора бежать, а то кто-нибудь вернется и застукает нас.
Троица осторожно, словно нашкодившие котята, гуськом выскользнула из дома.
– Давайте зайдем к Таисии Игнатьевне и расскажем ей все, – предложил Сорокин.
Предложение было принято единогласно.
Таисия Игнатьевна отдыхала в садике от дневных трудов. Завидев направляющуюся к ней делегацию сыщиков, возглавляемую «Холмсом», она удивленно приподняла брови. «Не иначе, как детский сад что-нибудь откопал», – решила она.
«Детский сад», между тем, приблизился к воспитателю.
– Добрый вечер, – поздоровалась «воспитательница».
– Добрый вечер, – хором ответил «детский сад».
– Что-то у вас нашкодивший вид, Владимир Андреевич, – проговорила Таисия Игнатьевна с зубовным скрежетом.
Тот поддержал игру и слегка задрожал.
– В-виноваты, залезли в чужой дом без спросу.
– В кречетовский? – живо спросила Сапфирова, сразу становясь серьезной.
Скворцов кивнул и вкратце рассказал историю.
– Молодцы, – похвалила Таисия Игнатьевна.
По ее тону нельзя было догадаться, шутит она или говорит серьезно.
– Ну и что вы думаете о нашей находке, Таисия Игнатьевна? – с надеждой получить решение загадки спросил Скворцов.
– Нет ли у вас в доме диабетиков? – поинтересовалась Сапфирова у Сорокина.
– Насколько я знаю, нет, – последовал ответ.
– А наркоманов? – встряла Авдеева.
– И их нет, – с достоинством ответил Сорокин.
– Ну что ж, – заключила Сапфирова, – пока мне ничего не приходит в голову.
– Странно, что шприц лежал в носках Сазонова, – задумчиво проговорил Скворцов.
– А кто вам сказал, что это его носки? – лукаво улыбнулась Таисия Игнатьевна.
– А чьи же? – опешил лейтенант.
– Ну, мне кажется странным, что человек привез такой большой пакет носков, скорее всего носки остались от хозяев дома.
– Надо уточнить у Павла Ильича, – решил Сорокин.
– Уточните, – кивнула Сапфирова. – Кстати, в чужих носках никто не будет рыться, а шприц, видимо, спрятали не для того, чтобы его нашли, вот и еще один плюс в пользу моего предположения.
– Гениально, – искренне восхитилась Авдеева.
