– Да, приходилось, – сказал Кречетов. – Вот Александр часто катался, ему нравится плавать по течению и…
– Я вас спрашиваю не об Александре Ивановиче Сорокине, а о вас, – перебил его следователь. – Уточните, как часто, лично вы, брали лодку?
– Да, по сути, каждый день, – ответил Кречетов. – А почему вы спрашиваете?
– У следствия есть подозрения, что Антон Петрович Дубков погиб вместо вас, – строгим деловитым тоном проговорил Макушкин.
– Ну вы и фантазер, – рассмеялся Кречетов.
Однако от присутствующих не укрылось, что смех его звучал неестественно.
– Возможно, – не стал спорить Макушкин, – но я бы на вашем месте призадумался, Павел Ильич. Вашей жизни угрожает опасность.
– Ерунда, – отмахнулся Кречетов.
– Может, тебе уехать, папа? – с беспокойством спросила Савицкая.
– Не хнычь, – сердито сказал Кречетов.
– Павел Ильич, а почему вы переехали во времянку? – поинтересовался следователь Макушкин.
– Семейные проблемы, Еремей Галактионович, – хмуро ответил Кречетов. – Народу в доме много, вот и решил пожить один, чтобы кое-кому не мешать, – и выразительно взглянул на дочь.
Савицкая вспыхнула, но промолчала.
– А теперь решили обратно вернуться?
– Уговорила. Спокойно пожить, ведь, не дадут.
– Скажите, Павел Ильич, а у вас не было конфликтов с кем-нибудь из строителей?
– Да так, ругал иногда Бобрикова за халатность, а в целом я работой доволен.
– И когда закончат строительство?
– В сентябре, наверное. Завтра, кстати, за месяц заплатить надо будет.
– А как здоровье пострадавшего Бобрикова? – участливо спросил Сорокин.
– Ничего, полежит с недельку и будет в норме.
– А сможет ли он строить дом? – с сомнением спросила Дарья Валентиновна.
– Да он и не строил. Типичная пустобрешка, – заклеймил Петра Петрович Кречетов.
Следователь подумал с минуту, но больше спрашивать ничего не стал, поднялся.
– Всего доброго, Павел Ильич, – попрощался он, – запомните мое предупреждение и будьте начеку.
– Благодарю, но мне нечего бояться, – легкомысленно заявил Кречетов.
– Ваше дело, – пожал плечами следователь. – Было бы сказано.
В доме Терентьева их дожидались хозяева и Кира Борисовна Авдеева.
– Ну что, скоро поймаете злоумышленника? – требовательно спросила Ксения Денисовна Терентьева.
– Со дня на день, – бодро заверил ее Скворцов.
– Мне бы ваш оптимизм, – проворчал следователь. – От этого Кречетова ничего не добьешься. Как вы думаете, Таисия Игнатьевна, ему действительно угрожает опасность?
– Трудно сказать, – осторожно пробормотала Сапфирова, – но такая вероятность существует.
– А что вы думаете о Сазонове? – спросил ее Скворцов. – Он ведь займет его место, здесь вырисовывается мотив.
– Но ведь Кречетов уходит в этом году на пенсию, – напомнил лейтенанту Макушкин.
– Ну и что? – не согласился Скворцов. – А если он передумает? Помните, как раз Дубков его и отговаривал.
– Ну и что, – с раздражением перемешанным с сарказмом сказал Макушкин. – По-вашему, он убил Дубкова, чтобы тот не влиял на Кречетова? Полноте, Владимир Андреевич, ему уже пятьдесят семь лет, зачем приписывать человеку несуществующие амбиции. В его возрасте карьеру уже не сделаешь. Нет, это нелепо. Не так ли, Таисия Игнатьевна? – обратился он за поддержкой к Сапфировой.
– Да, маловероятно, – согласилась старушка.
– Владимир Андреевич, – попросила она лейтенанта, – поведайте нам, до чего додумалась в Луге ваша в высшей степени компетентная комиссия.
– Издеваетесь? – горько спросил Скворцов.
– Что вы, и не думала, – серьезно заверила его Таисия Игнатьевна.
Выслушав краткое резюме Скворцова она сказала:
– Последняя идея прокурора заслуживает внимания. Вы уже рассматривали кандидатуры на роль безумца?
– Нет еще, – ответил Макушкин. – Ведь список составили только сегодня.
– Дайте взглянуть, – попросила Таисия Игнатьевна.
Пробежав перечень фамилий она сказала:
– Знакомые все лица. Морозовы, строители, ну и кречетовский зоопарк.
– Эти Морозовы очень подозрительная пара, – вступила в беседу Ксения Денисовна. – Не удивлюсь, если они преступники.
– Да уж с такой бородой, только на большой дороге грабить, – кивнул Петр Афанасьевич.
– А по-моему очень симпатичный мужчина, – вступилась за Юрия Семеновича Кира.
– Если это их работа, то они действуют сообща, – высказался Владимир Андреевич Скворцов.
– Почему? – поинтересовалась Сапфирова.
– Ну как же, Таисия Игнатьевна, они создали друг другу алиби. Если бы преступником был он или она по отдельности, то другой не подтвердил бы его алиби.
– Не могу с вами согласиться, – покачала головой Таисия Игнатьевна. – Представьте, например, что Алла Владимировна Морозова гуляла допоздна, а муж сидел дома или наоборот. Так неужели, он бы не заявил во избежание неприятностей, что они были вместе.
– Все правильно, – согласился Макушкин. – Возможно, что в таком случае они бы заподозрили друг друга.
– А почему вы им не верите? – спросила Авдеева.
– Никто этого не утверждает, могут, – сказал Макушкин. – Просто мы рассматриваем возможные варианты.
– В случае с Сазоновыми полагаю все аналогично?
– Точно такое же алиби, – подтвердил Скворцов.
