– О нет, кажется, я, наоборот, начинаю прозревать! Ты пытаешься остановить меня, заставить играть по его правилам. Не знаю, кто или что стоит за твоей спиной: бог, дьявол, да хоть вся Вселенная, но я больше не буду плясать под вашу дудку! Будь ты проклят, оставьте меня все в покое!
Евгений зарылся пальцами в волосы и присел на корточки. Он в отчаянии пытался бороться с личностью из этого мира, но она всё наступала, вызывая настоящую бурю хаоса в голове, и его разум почти надломился в неравном противостоянии.
– Всё Жень, пошли, нам пора. – Роман тоже пытался успокоиться и придать своего голосу уверенности. – Всё будет хорошо.
Он подошёл ближе, взял друга за плечо и потянул наверх, но тот внезапно выпрямился и резким взмахом схватил Романа за шею, впиваясь в неё ногтями. Евгений заревел, как обезумевшее животное, потащил Романа вперёд, а затем приложил к парапету так, что его голова оказалась за пределами крыши. Роман даже не сопротивлялся. Он с удивлением смотрел в глаза своему другу, безуспешно хватал ртом воздух и пытался разжать пальцы на своей шее.
– Нет, хорошо уже не будет, – процедил сквозь зубы Евгений. – Так ему и передай.
После этих слов Евгений потянул Романа к себе, приподнял над парапетом, а затем с силой швырнул вперёд, наблюдая как тот, размахивая руками, исчезает за краем крыши. А когда маленькая, но бессмысленная месть свершилась, на мгновение в сознании Новикова что-то прояснилось, чтобы он успел пожалеть и ужаснуться содеянному. Но ничто в этом мире больше не имело смысла, даже то, что Евгений впервые перешёл черту, лишив себя остатков человечности. Несколько секунд он просто стоял и бездумно смотрел на дрожащую ладонь, которой только что совершил непоправимое, а потом обратил взгляд на манящий горизонт, поднялся на парапет и последовал за другом.
Несмотря на давно торжествующий май, распушившийся зелёной листвой и украшенный первыми цветами, в городе нежданно установилась холодная погода, пугающая своими заморозками. Дул ледяной северный ветер, а с пасмурного и давящего на психику неба порошил небольшой снежок. Он медленно опускался на свежую листву, придавая ей печальный вид, и скрывал под тонким белым покрывалом цветущие одуванчики. Вся жизнь в городе будто замерла вместе со временем, не спешившим радовать наступлением лета. Только-только природа воспрянула и потянулась к буйству жизни, как весна одарила всех прощальным ненастьем.
Однако Евгению не было до этого никакого дела. Он давно привык к резким изменениям погоды и что каждое пробуждение могло принести немало сюрпризов, но в нём не осталось больше сил удивляться и сражаться с неизбежным. После всех стадий принятия к нему, наконец, пришло смирение. Он перестал злиться и обвинять всех вокруг, прекратил взывать к Богу и иным, неподвластным ему силам. Он больше не пытался покончить с собой, а просто превратился в безучастного наблюдателя, перед чьими глазами проносилось множество жизней. Евгений даже не противился им, а пропускал через себя и как во сне переживал несуществующее прошлое, иногда даже с интересом наблюдая за возможностями, скрытыми в его судьбе. Взамен этому воспоминания больше не терзали его разум, а мирно проносилось прочь и оседали где-то в глубине подсознания, не пытаясь вытеснить его личность. Евгения это устраивало. По крайней мере, до этого злополучного вечера.
