Дамьен Кале вместе с несколькими своими коллегами участвовал в походе с целью наблюдения крупного метеоритного дождя. Местом наблюдения были выбраны равнины неподалеку от Рокс-Тауна. Слухи о том, что на этих равнинах происходят загадочные убийства не остановили ученых. Равнины были хорошим местом для наблюдения. Рокс-Таун тогда только строился, Сан-Мирэль был достаточно далеко, и небо не было засвечено городскими огнями. Неподалеку от места, которое выбрали Дамьен и его товарищи, разбивали палатки другие люди — они представились как обычные любители астрономии из Сан-Мирэль. Среди них была девушка, в которую Дамьен влюбился с первого взгляда. Девушка ответила ему взаимностью. Она рассказала Дамьену, что она и её братья — вампиры, и что они хотят забрать и выпить одного из его друзей. Она убедила своих братьев оставить в покое ученых. Дамьен хотел жениться на девушке, но та сказала, что семья не позволит ей выйти замуж за человека. Девушка очень расстраивалась из-за того, что является вампиром и часто рассказывала возлюбленному, как бы ей хотелось иметь возможность жить среди других людей, иметь детей, гулять под солнцем и навсегда освободиться от опеки своих родственников-вампиров. Однажды она заявила, что родители хотят выдать её замуж за другого вампира. Дамьен пообещал, что приготовит лекарство от вампиризма. Несколько месяцев он днем и ночью трудился над созданием сыворотки и наконец «сыворотка солнца» была готова. В тот день в Рокс-Тауне на главной площади небольшое население нового города отмечало праздник весеннего равноденствия. Дамьен и его возлюбленная встретились на равнине, где она выпила сыворотку. Согласно легенде, через несколько часов девушка уже пришла в себя и чувствовала себя хорошо. Её кровь стала красной, и серебро перестало обжигать ей кожу. Они отправились в Рокс-Таун, чтобы отпраздновать её излечение, присоединившись к танцам вокруг большого костра. Девушка ела обычную еду, и никто не видел у нее клыков. Дамьен достал из кармана бумагу с рецептом сыворотки и передал его возлюбленной, после чего та рассмеялась и сказала, что никогда на самом деле не любила его, а лишь использовала его, чтобы тот изобрел сыворотку. Тогда Дамьен схватил девушку за волосы и провозгласил на всю площадь, что проклинает род вампиров. Он объявил, что им никогда отныне не узнать рецепта сыворотки солнца, что проклятым никогда не узнать покоя, и что весь род их обречен. Дамьен с невероятной силой толкнул девушку прямо в костер, и вместе с ней загорелся и рецепт сыворотки, который она держала в руке. Люди бросились на Дамьена, но тот тоже прыгнул в огонь. Ни его, ни девушку спасти не удалось.
Судя по всему, из-за того, что Дамьен был не вполне человеком, его слова проклятья имели необычайную силу. С тех пор души вампиров перестали обретать покой. После смерти в местах, где похоронены тела вампиров, стали появляться их духи. Призраки вампиров нападают на людей, однако не убивают их. Жертвы нападения призраков лишаются рассудка и остаток дней проводят без осознания происходящего, несмотря на то что физиологически тела жертв функционируют нормально.
Я закрыла книгу и повертела её в руках в поисках надписи «фэнтези» или хотя бы просто автора романа, но ничего подобного не было обнаружено. Только издательство «Мир» — и больше ничего.
Я проснулась после полудня, около трёх часов дня. Почистила зубы, умылась, нанесла на глаза чёрные тени и подумала, что фиолетовые радужки красивее, чем голубые, а белые белки — красивее, чем красные белки. Да, так-то лучше.
Ноги приятно побаливали после вчерашней тренировки в зале, и это не могло не радовать: это была та боль, которая делает тебя живым и здоровым.
Впервые я налила кровь в стеклянный стакан. Стакан с кровью и чашка кофе красиво смотрелись на журнальном столике. Положив на колени в качестве подставки под кружку Энциклопедию вампиризма, я листала youtube на планшете в поисках фона для моего завтрака. Чем бы сегодня заняться? Чем бы… Энни!
Я медленно открыла свою дверь и встала напротив двери Энни. В этом нет ничего особенного. Вот только несколько дней назад я еще считала, что общаться с соседями — это что-то из другой вселенной, что это обычай каких-то других народов, к которым я никакого отношения не имела… Но теперь всё было иначе. Я постучала в дверь. Мне никто не ответил. Я прислонилась ухом к двери и поняла, что слишком тихо стучала для такой громкой музыки, которая играла в квартире Энни. Я постучала громче, и через минуту на пороге появилась моя соседка:
— Привет, ты, вроде, как-то звала в гости, и вот я подумала, что как бы у меня есть свободное время, и, может быть, если ты свободна, то мы бы могли… — я закатила глаза, пытаясь справиться с потоком слов.
— Да, конечно, проходи!
