Корабли с Востока полностью

10 октября генеральный судья Мэйсон подписал декрет об отмене рабства, что является частичным принятием требований реформистов. Представители реформистов никак не ответили на это. В тот же день советники Браун, Пъюрфой и некоторые другие заявили, что, пойдя на поводу у мятежников, генеральный судья предал интересы Галаада, и покинули здание Совета. По моим данным, поступающим как из Нью-Бетлехема, так и из среды реформистов, эта группировка, называющая себя единственным истинным правительством Галаада, обратилась за помощью к Голландской конфедерации. На следующий день судья Мэйсон выступил с воззванием к новым свободным гражданам Галаада, призывая формировать ополчение для защиты столицы от «кровожадных краснокожих». Мои источник сообщает, что это вызвало определенное недовольство среди горожан, причины этого выясняются. Раскол в правительстве и волнения в городе на данный момент исключительно благоприятны для реформистов. Но исход дела нельзя считать решенным. Бригада Камминса движется в северном направлении. Кроме того, даже если реформистам удастся занять столицу, им придется иметь дело с голландцами…

Джон Камминс не имел в своем распоряжении современных средств связи, зато у него были выносливые и верные гонцы. Поэтому письмо Мофрута Мэйсона генерал получил прежде, чем столкнулся с выступившим из Филадельфии ополчением Скарборо. А прочтя, сложил письмо, убрал его за отворот мундира и вышел из палатки, и несколько минут смотрел на небо, пронзительно-синее, какое бывает только ранней осенью. Затем приказал собрать своих офицеров.

Им он кратко сообщил:

– Господа, сворачиваем лагерь. Мы выступаем в сторону северной границы. Нас ждет противник более серьезный, чем филадельфийские лавочники.

От него не ждали пояснений. Все служившие под началом Камминса знали – тот не объясняет своих действий, просто отдает приказы. Вопросов ему задавать не следовало. Да и не было никаких вопросов. Все знали, что там, на севере.

ДеРюйтерштаадт.

И у них было достаточно воинского опыта, чтобы знать: противник очень серьезный. В том, что касается вооружения, снабжения и транспорта, Галаад они, безусловно, превосходят.

Можно было сожалеть, что в Содружестве нет богомерзких железных дорог, где составы движутся силой пара и угля, загрязняя чистое небо. Зато у армии Галаада было нечто иное. Рядом с границей ДеРюйтерштаадта голландцы железных дорог не прокладывали. Это не имело никакого практического смысла. И теперь их солдатам придется двигаться своим ходом, перевозить пушки, наводить переправы. А в этом им с людьми Камминса никогда не сравниться. Все его подчиненные, от рядовых и до старших офицеров, признавали, что служить у Камминса – тяжкое бремя, даже тогда, когда боевые действия не ведутся. Он изматывал своих людей чудовищными марш-бросками, почти не оставляя им времени на отдых, и бывало, что иные умирали на марше от изнеможения. Но те, кто выживал, приобретали исключительную выносливость, а скорость, которую могли развить подчиненные Камминсу батальоны, изумляла. Большинство в бригаде Камминса составляла пехота, но мобильность ее была столь велика, что иные остряки окрестили ее «пешей кавалерией». И генерал знал: если он сумеет использовать это преимущество, то численный перевес не даст противнику того превосходства, на которое он рассчитывает.