Осмелюсь напомнить вашему превосходительству, что именно Браво де Акунья является виновником нынешнего бедственного состояния островов. Именно он привлек внимание язычников к нашим владениям, поскольку отправил посланников к Дайфусама – сюзерену Ниппона, с предложением торгового договора, а посему поставил наши поселения в зависимость от поставок продовольствия из этой страны. По той же причине ниппонским торговым судам было разрешено беспрепятственно заходить в наши гавани.
Посему, когда разразился мятеж санглеев, дон Като, вассал Дайфусама, сумел вторгнуться во владения его величества и частично захватить Лусон. Большая же часть флота была недальновидно направлена доном Педро к Бискайским островам, что позволило войскам язычников приблизиться к самой Маниле, творя всяческие бесчинства, грабя и убивая. Ненависть названного Като к христианам была сравнима лишь с презрением, каковое он испытывал к санглеям, и только жестокая распря между язычниками сдержала его наступление, и позволила гарнизону Манилы продержаться до возвращения флота от Вискаев, когда вражеские войска были отброшены, а разбойники и мятежники уничтожены.
Несмотря на это, губернатор Браво де Акунья в последующие годы вновь завязал торговые отношения с язычниками, оправдывая это необходимостью поставок продовольствия и подготовкой военной экспедиции с целью изгнания голландцев и мавров с Молукк и Терренате. Каковая экспедиция, как известно вашему превосходительству, направилась на Молукки в марте 1606 г. и завершилась два месяца спустя. Вскоре после этого последовала скоропостижная смерть дона Педро Браво де Акунья, расследовать которую я и был послан. Согласно инструкциям вашего превосходительства, я, как представитель королевской Аудиенсии, действовал с величайшей осторожностью, дабы не допустить распространения слухов, способных привести к новым бедствиям. Я конфисковал все имущество покойного губернатора, а также его архив, каковой, с помощью оидора Манилы дона Антонио де Морга, был мною тщательно проверен. Оный дон Антонио высказывал мнение, что за гибелью прежнего губернатора стоят либо агенты Макао, либо мстительные родичи казненного главаря китайских мятежников, злокозненного ренегата Хуана-Батиста де Вера. Я же, в свете дальнейших событий, склонен видеть в этом руку ниппонцев.
Дела управления колонией дон Педро оставил в полном расстройстве, и мне пришлось предпринять решительные меры ради укрепления ее безопасности.
В первую очередь, я очистил колонию от наехавших сюда ниппонских купцов и ремесленников, число которых в то время превышала полторы тысячи. Вот какова была небрежность Браво де Акуньи. Я счел это совершенно необходимой мерой, несмотря на то что со мной вступил в противоречие собственный сын. К сожалению, младший Родриго разделял заблуждения Браво де Акунья о необходимости союза с Ниппоном. В своей горячности он утверждал, что этот союз может принести выгоды не только Филиппинам, но и всей Новой Испании! Время показало, что я был прав, а он нет. Избегая кровопролития, я приказал посадить их на корабли и доставить туда, откуда они прибыли. Какова же была неблагодарность этих язычников! Под тем предлогом, что это-де нарушает их договоренности с покойным губернатором, дон Като вернулся с большим количеством войск, вооруженных аркебузами и мушкетами, которые, несомненно, поставляли им китайцы, голландцы, возможно, и англичане. Поскольку Манила на тот момент, моими стараниями, была хорошо защищена и флот не покидал гавань, он высадился южнее и двинулся сушей, сжигая и разграбляя селения туземцев. Те же, поняв разницу между сению справедливости и порядка, под которой они наслаждались жизнью прежде, и тиранией и варварской жестокостью врага рода человеческого, оказывали ниппонцам посильное сопротивление. Это дало нам время подготовиться к отражению вражеской атаки. Не преувеличивая своих заслуг, скажу, что эта кампания была совершенно победоносной и стоила нам меньших потерь, чем события 1603 года. Этот языческий негодяй получил такой урок, что, будучи сброшен в море, более не возвращался на место своего позора.
Воодушевленные этим триумфом испанского оружия, некоторые молодые офицеры преисполнились воодушевления и стали вести речи о том, чтобы предпринять ответный рейд, дабы примерно покарать еретиков и преподнести его католическому величеству новые владения. Но я сдержал их порыв, так как перед нами стояли более насущные задачи. Из-за мятежа и войны город Манила и в особенности укрепления его сильно пострадали, земледелие пришло в полное расстройство.
К тому же Молуккам вновь угрожали голландцы. В связи с этим совершеннейшей необходимостью было строительство новых укреплений, верфей, прокладка дорог и мостов, а также вырубка леса для новых кораблей. Поэтому всем туземным мужчинам я вменил в обязанность трудиться на этих работах 52 дня в году, а каждый сельский округ должен был продавать урожай в государственные закрома.
