Корнеслов полностью

Народ всеобщее к себе уважение приобретает, когда оружием и мужеством свои пределы хранит, когда мудрыми поучениями и законами доброту нравов соблюдает, когда любовь ко всему отечественному в нем народную гордость составляет, когда плодоносными ума своего изобретениями не только сам изобилует и украшается, но и другим избытки свои сообщает. О таком народе сказать можно, что он просвещен. Но что такое просвещение и на чем оно главное свое основание имеет? Без сомнения, на природном своем языке. На нем богослужение производится, насаждающее семена добродетели и нравственности. На нем законы пишутся, безопасность каждого ограждающие. На нем науки преподаются, от звездословия до земледелия. Художества из него жизнь и силу черпают. Может ли слава оружия в роды и роды греметь, могут ли законы и науки процветать без языка и словесности? Нет! Без них все знаменитые подвиги в пучине времени тонут. Без них нравоучение молчит, закон безгласен, суд косноязычен, ум младенчествует. Вот что такое есть словесность!

Теперь уже Тимофей закивал ей, соглашаясь с каждым словом:

– Французское, с латинского языка взятое, название литература не имеет для русского ума силы нашего – словесность. Litterature происходит от имени litera, что означает на европейских языках буква, а не от имени слово. На что нам чужое, когда у нас есть свое?

Игуменья согласилась:

– Говорим славяне – разумеем слава. Говорим слава – разумеем слово.

Тимофей кашлянул и продолжил:

– Имя славян славилось задолго до существования Рима и прежде, нежели греки сделались известны между людьми. Славянский язык имел свои древнейшие наречия, из коих были письмена от самых первых времен сего божественного изобретения. Всякое славянское наречие понятно всем славянским народам, и все славяне, даже при малом внимании, понимают свой праотеческий язык. Русское наречие, общее, ближе всех других к нему подходит. Наречие сербское – второе между наречиями славянскими по своей чистоте.

Слово и слава – это смежные понятия. Второе произошло от первого, поскольку слава рождается и возрастает через слово. Поэтому-то вместо славный иногда говорится пресловутый. По этой причине можно полагать, что имя славяне сделалось из словяне, то есть словесные, одаренные словом люди.

Славяне, называвшие себя словянами, – это словяцы. Словяцы означают и слово, и языцы, то есть всех, кто владеет словами одного языка – единоземцев.

Тихомир решил поддержать беседу:

– Имя немцы, означающее немых, не умеющих говорить, сначала было дано славянами вообще всем народам с иным языком, которых повстречали они на западе, но впоследствии стали понимать под ним собственно немцев.

Игуменья согласилась:

– Вестимо. Известно, что во времена Карла Великого многие в Германии славяне мало-помалу до того исказили язык свой, что совсем ему разучились. Отсюда возник немецкий язык.

Тимофей снова откашлялся, по всему было видно, что тяжелый подводный переход наложил свой отпечаток.

Он дополнил:

– Не только немецкие словари, но и словари других языков представляют на всех своих страницах обломки исковерканных славянских слов.

Славянские азбуки заключают в себе все первоначальные звуки, какие только есть во всех европейских языках, тогда как иностранные алфавиты с безуспешным усилием выражают только свои звуки. Отсюда происходит, что, даже начиная от греков и римлян в бытописаниях всех царств, повествовавших что-либо о славянах, мы, вместо славянских имен, находим одни только странные и непонятные названия. Но наша азбука дает нам ключ к их пониманию, начиная от самых древнейших времен.

Игуменья спросила:

– Так уж и звуки только, аль еще и письмо?

Тимофей, покашливая, предложил:

– Хорошо. Давайте поговорим о простоте славянского писания.

Славянская азбука выражает одною буквою те звуки, которые иноземными алфавитами выражаются не иначе, как соединением вместе двух или трех букв, иногда даже четырех, из которых каждая имеет свой звук, особый от того, который они издают в совокупности.

Например, французское слово char состоит из букв с – произносится как це – и h – произносится как га, а вместе выговариваются они как наша ш. Их буква g в слове cnarge произносится как наше ж. А в слове garde – как наше г.

Тихомир вклинился:

– Французское char в переводе означает бак. Отсюда следует, что французы нашим шаром зовут свой бак.

Марфа внимательно слушала его рассуждения.

– Если взять их слово charmant – очаровательный, то можно перевести его как шарообразный.

Марфа прыснула со смеха, а все остальные улыбнулись.

Тимофей объяснил: