Московская улица Кузнецкий Мост уже в XVIII веке стала центром моды и торговли, и долгое время статус этого «святилища» никто не мог оспорить.

В XIX веке появилось выражение «ехать на Кузнецкий Мост», разукрашенный вывесками магазинов на французском языке – примоднятся.

С укоренившейся традицией пытался бороться московский генерал-губернатор Федор Васильевич Ростопчин. Он то и дело запрещал вывески на иностранных языках либо выселял торговцев из Москвы. Ему приписывают слова: «Господи, помилуй! Только и видишь, что молодежь одетую, обутую по-французски. И словом, делом и помышлением французскую. Отечество их на Кузнецком Мосту, а царство небесное – Париж. Родителей не уважают, стариков презирают и, быв ничто, хотят быть все. Завелись филантропы и мизантропы. Филантропы любят людей, а разоряют мужиков. Мизантропы от общества людей убегают в трактиры. Старухи и молодые сошли с ума. Все стало каша кашей. Бегут замуж за французов и гнушаются русскими».

Впрочем, иногда на главную торговую улицу заглядывала справедливость. В том же XIX веке на Кузнецком мосту происходили веселые эпизоды полицейского правосудия. В такие часы сюда стекались толпы народа, чтоб посмотреть, как нарядные барышни в шляпках и шелковых платьях и франты в «циммерманах» на головах с метлами в руках мели тротуары. Такими полицейскими исправительными мерами в то время наказывали нарушителей и нарушительниц общественного благочиния.

Однако примечательно, что в 1812 году наполеоновские войска, вошедшие в город, взяли лавки своих соотечественников под охрану, и торговля на Кузнецком относительно не пострадала.

Следующий посетитель был такой же, как и первый в штатском:

– Нотариус найден у себя на квартире с колотой раной сердца. Свидетелей нет.

Но было установлено, что последним к покойному приходил почтальон.

Владимир Иванович и ему кивнул:

– Да уж. Волков – «Волк».

* * *

Путилин еще раз посмотрел на композицию «циферблата» и начал думать вслух:

– Первое: 22 июля я получил от агента телеграмму с кратким описанием Волка: «Низкий. Широкоплечий. Пятьдесят лет». После чего агент без вести пропал – странное обстоятельство, ведь агент был довольно опытным.

Второе: Волкодав рассказал, как Волк 20 июня встречал на вокзале Елизавету Тимофеевну. Интересно, когда Волк появился в Москве? Имеет ли он отношение к событиям 12 июня, когда погибли Андрей Георгиевич Медведь и Сергей Демьянович Артамонов? Если имеет отношение, то получается, что он связан со Вторыми!

Третье: вечером 23 июня Волк обманул Елизавету Тимофеевну подложными документами. И она в порыве страсти, судя по пограничным отметкам, уехала из страны через Польшу. Но перед этим передала все имущество в наследство сицилийцу с французским паспортом Альфонсо Бернардо Корлеоне – ее любовнику из Висбадена, о котором еще в апреле сообщал Волкодав. Так может быть, Волк – просто мошенник высокого класса? Но как он смог так быстро запланировать захват всего имущества Медведя, если не знал о его смерти?

Четвертое: 24 июня Волкодав рассказал мне, что утром 23 июня стал свидетелем убийства секретаря Богаткина. Теперь я понимаю, что его убил Альфонсо со своим подельником – возможно, родным братом, – чтобы завладеть подлинными бумагами завода. Что же все-таки связывает Волка и Альфонсо? И кто была эта женщина на мосту?

Перейти на страницу:

Все книги серии Первые и Вторые

Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже