Египетский феодализм конца XIX — первой половины XX века породил тип помещиков-абсентеистов. Они жили в Каире или Александрии, там же учили своих детей и расходовали доходы от своих земельных владений. Египетское общество раздваивалось между городом, который потреблял, и деревней, которая производила. И в восьмидесятые годы помещики и значительная часть сельской буржуазии свои доходы предпочитает тратить в столице — то ли путем закупки более дорогих предметов потребления, то ли пересылкой средств родственникам, покинувшим деревню.
В насеровский период в Египте стали создаваться промышленные центры вдоль Нила — Наг-Хаммади (алюминиевый комбинат), Асуан (химические заводы), Хелуан (металлургический комбинат) и другие. Развилась зона Суэцкого канала, разрушенная после войны 1967 года и вновь восстановленная. Несколько укрепилась местная администрация. Стали поощряться местная промышленность, народное творчество, искусство. Астрономические цены на землю в Каире и удорожание рабочей силы выталкивают часть промышленности в провинцию, но в целом положение не изменилось: столица не просто преобладает или господствует над всей страной, она ее подавляет.
Египетское общество традиционно строилось по принципу широкой низкой базы и узкой, но высоко вздымающейся верхушки. Промежуточных слоев почти нет. И в новейшее время Египет не знал и почти не знает того, что на Западе именуют «средним классом». Верхушку его общества составляла группа чрезвычайно богатых людей, живущих за счет низов — бедного или полунищего сельского пролетариата или предпролетариата. В насеровский период сократилось состояние самых крупных землевладельцев, но при Садате выросла прослойка нуворишей наверху пирамиды, прямо или косвенно наживавшихся за счет труда феллахов и рабочих.
Пирамидальная структура при отсутствии «средних классов» существует и в области образования. Египет — едва ли не самая развитая из развивающихся стран по пропорции людей, получивших высшее образование. В то же время в нем — один из наивысших уровней неграмотности. До революции Египет тратил на высшее образование вдвое больше, чем на школы и профтехучилища. Положение несколько изменилось, но не кардинальным образом. И в образовании сложилась ситуация, при которой огромная голова находится на тщедушном теле со слабыми ножками.
Нередко международная роль Египта превышала его реальные возможности. Амбиции правителей были сильнее их амуниции. Довольно часто Египет слишком много средств тратил на внешнеполитические акции. Крупная голова пыталась заставить слабое тело и ноги действовать так, как будто она находилась на плечах гиганта.
При Насере Каир был как бы неофициальной столицей всех арабов. В этом смысле его географическое положение и даже размеры играли ему на руку. Но при Садате вновь рельефно стала заметна диспропорция между огромной столицей и страной-пригородом.
Не будет преувеличением сказать, что Египет — это Каир. Египтяне употребляют слово «Миср» (или разговорное «Маср») как название и своей страны, и ее столицы. Обжитая территория слишком мала — около 40 тысяч квадратных километров, и весь Египет становится гигантским пригородом «сверхгорода», особенно если учитывать, что Каир и Александрия как бы устремились навстречу друг другу, вокруг столицы появились города-спутники, а зона канала приблизилась к ней благодаря современным автострадам. Деревня, растущая вверх своими новыми домами, в которой больше половины жителей уже не заняты сельским хозяйством, усиливает ощущение мегалополиса, заполняющего всю страну.
Соотношение столицы и остальной страны — это примерно то же, что и соотношение дворцов, храмов и пирамид Древнего Египта и глинобитных жилищ простых египтян. Абсолютная централизация и преобладание одного города были лишь административным и урбанистическим выражением хозяйственной и общественной структуры Египта. Ее отличительные черты — коллективная эксплуатация населения власть имущими, распределение доходов сверху вниз, политический деспотизм, всесильная бюрократия.
