Север мало-помалу отходил в руки пиратов-язычников, пролагавших огнём и мечом себе путь внутрь страны; британские лорды были уже не в силах сдерживать их. Король Урия погиб от предательского кинжала; та же участь постигла и двух других вождей. К югу от Трента так и говорили, что север уже не принадлежит британцам и отошёл к диким язычникам.
Король двинулся на Сарум для соединения со своими сторонниками, и тут на обширных низинах близ каменных памятников на могилах древних вождей он встретил огромные толпы воинов и рыцарей.
Но Мордред избегал открытого сражения и вместо того принялся со своими людьми жечь и грабить окрестности. Он взял Каллеву и Кунетио, разграбил их и заставил население вооружиться. Затем, прокравшись ночью через большой лес, он подошёл к Палладону, рассчитывая захватить и этот богатый город; однако его план не удался – город был слишком хорошо вооружён и имел сильный гарнизон. Мордред при осаде потерял несколько дней, и этой задержкой воспользовался король Артур, которому предстоял трудный переход по болотистой местности, поросшей густым лесом. Проведав через шпионов о приближении короля, Мордред отодвинул своё войско, надеясь проникнуть в Девонские пределы, находившиеся под властью короля Дьюэра, сына покойного Джирэнта, хранившего верность королю Артуру.
Король Артур напал на Мордреда в дикой пустынной местности вблизи озера Неиссякаемых слёз и преградил ему путь. Король вспомнил эту местность, посещаемую трольдами и колдунами, где он был с Мерлином и где получил свой меч Экскалибур.
День уже клонился к вечеру, когда оба войска расположились друг против друга, намереваясь на этих местах провести всю ночь. Дул резкий ветер, небо было покрыто облаками, как будто весна внезапно сменилась зимою. Для короля раскинули небольшую палатку в лесу. Перед самой зарёй, когда кровь в жилах людей остывает и сердце слабо бьётся, по лесу пронёсся ужасный крик, и над палаткой, где спал король, послышался шелест тяжёлых крыльев. Воины, сидевшие вокруг догоравших костров, очнулись, и их лица побелели от ужаса.
Холодея от страха, затаив дыхание, они услышали, как над их головами пролетело что-то большое к лагерю Мордреда, а вдали снова трижды раздался тот же крик. Воины в ужасе жались друг к другу.
В палатке с королём спали двое рыцарей, сэр Кэй и сэр Оуэн; они оба дрожали в темноте, не смея шевельнуться, боясь заговорить.
– Милорды, – послышался во мраке спокойный голос короля Артура, – то был предупреждающий, вещий голос. Говорят, он многим из моего рода предвещал смерть. Я не знаю, верно ли это, но я покорюсь воле Божьей, уповая на милость Господа.
– Аминь! – отозвались рыцари, не прибавив больше ни слова.
Когда взошло солнце и сверкнуло в глаза напуганным воинам, все страхи разом исчезли. Однако никто не отваживался говорить о слышанных криках: все любили короля и готовы были предполагать, что им приснился дурной сон или что они слышали крик ночной птицы.
Рыцари стали строить свои отряды в ряды, беседуя о предстоящей битве. В это время из лагеря Мордреда к ним направились два епископа, и их провели к королю Артуру.
– Государь, – заговорил настоятель монастыря в Амсбери, – не можем ли мы помирить тебя с твоим племянником? Прискорбно видеть доблестных рыцарей, враждующих между собою. Многие из них находятся в близком между собою родстве, все дети одного народа, говорят на одном языке. Если эта братоубийственная война продлится, сколько горя она принесёт! Сколько сердец перестанет биться, печалясь о невозвратных утратах! Сколько мужественных воинов, полных сил и желаний, жаждущих деятельности, станет добычей кровожадных волков и хищных птиц?!.
– Что говорит мой мятежный племянник? – сурово спросил король.
– Государь, – заговорил второй епископ мягким вкрадчивым голосом, – он требует немногого и готов, если тебе угодно, заключить с тобой договор. Отдай ему теперь графство Кент, Андред и Лондонскую резиденцию и назначь его своим преемником по смерти. Ведь теперь, когда сэр Гавейн, сэр Гаэрис и сэр Гарэт убиты, он твой единственный племянник. Если ты обещаешь ему всё это, он будет твоим верным союзником.
Некоторые из рыцарей советовали королю согласиться на эти условия, но другие говорили, что король не должен вступать в переговоры с изменником, и требовали, чтобы Мордред явился и отдался на милость своего государя и дяди.
Наконец после долгих совещаний король Артур согласился встретиться с Мордредом и его четырнадцатью военачальниками на полпути от обоих лагерей, куда и сам он выедет с четырнадцатью рыцарями. Епископы вернулись к Мордреду с этим ответом, а король Артур созвал к себе своих вождей.
– Я решил вступить в переговоры с предателем, моим племянником, – сказал он, – посмотрим, каковы его намерения. Но я ему совсем не доверяю. Будьте наготове и, если увидите обнажённый меч, немедленно трубите наступление и истребляйте всех сторонников Мордреда, не щадя и его самого.
Приблизительно то же говорил и Мордред своим единомышленникам, сознавая всю преступность своего восстания.
