– Увы, – ответил он, – никто из нас, Гавейн, не добудет славы под этими стенами! Ведь мы беспричинно враждуем с благороднейшим из рыцарей.
– Однако его благородство не поможет ему, когда мне представится случай вонзить в его коварное сердце мой острый меч! – возразил Гавейн.
Едва сэр Гавейн оправился, он вооружился с головы до ног, вскочил на коня и с копьём в руке примчался к главным городским воротам.
– Где ты, Ланселот? – запальчиво крикнул он. – Выходи, трусливый изменник! Я здесь, чтобы отомстить тебе за предательское убийство моих братьев!
Ланселот услышал его слова и ответил с башни:
– Жаль, сэр Гавейн, что ты не хочешь прекратить своих злых речей. Мне известна твоя сила, я знаю, что ты можешь тяжко ранить меня и даже убить.
– Выходи же! – крикнул Гавейн. – Я жажду твоей смерти. Прошлый раз ты одолел меня, и теперь я хочу отплатить тебе за это. Знай, я тоже сумею сразить тебя, как ты сразил меня.
– Я не заставлю себя ждать, – заметил Ланселот. – Раз ты обвиняешь меня в предательстве, ты всегда будешь жаждать моей смерти, чем бы наш поединок ни кончился!
И в этот раз случилось как в предыдущий. Рыцари сшиблись, и копьё Гавейна сломалось о щит Ланселота. После этого рыцари спешились и бились на мечах.
Сэр Гавейн надеялся своей волшебной силой сломить Ланселота. Но сэр Ланселот был ещё осторожнее, чем в предыдущий раз, и, прикрываясь щитом, тщательно берёг свои силы до полудня, когда сила Гавейна, как и в прошлый раз, стала падать.
Заметив это, Ланселот промолвил:
– Я вновь вижу, что ты сражаешься не честным путём, а с помощью злой силы. Трудно мне было, сэр Гавейн, противостоять твоим могучим ударам. Ты сделал своё дело, теперь очередь за мной!
С этими словами он одним мощным ударом выбил Гавейна из позиции. Удар Ланселота пришёлся по шлему, и старая рана Гавейна раскрылась.
Гавейн упал и в течение нескольких минут лежал как мёртвый, но на самом деле удар только оглушил его, и он, едва очнувшись, стал называть Ланселота гнусным предателем и даже в припадке безумия продолжал грозить ему мечом.
– Знай, презренный рыцарь, я ещё жив! – кричал он. – Ложись на землю и будем биться до смерти!
– С меня довольно, – возразил Ланселот. – А когда ты снова встанешь на ноги, я опять готов биться с тобой. Я не желаю добивать раненого, который не может стоять.
Сэр Ланселот направился в город, а сэр Гавейн продолжал неистовствовать и поносить его. Все дивились безумной ярости Гавейна и необычайной выдержке и благородству Ланселота. Многие говорили, что скажи сэр Гавейн половину таких оскорбительных слов кому-либо из них, они немедленно снесли бы ему голову с плеч.
На этот раз Гавейн прохворал целый месяц. Наконец лекарь объявил, что через три дня он сможет сесть на коня. Обрадовался Гавейн и, обращаясь к сидевшему подле него королю Артуру, проговорил:
– Опять я буду биться с этим предателем, и если мне не удастся покончить с ним на этот раз, плохо мне придётся.
– Ланселот давно покончил бы с тобой, – заметил король, – если бы не его благородство, он не желает твоей смерти.
– О, всем известно твоё пристрастие к этому изменнику, дядя, – возразил Гавейн, – но мы не двинемся с места, пока не покончим с ним и не уничтожим его королевства, хотя бы это стоило жизни нам всем.
Едва он успел вымолвить это, как в лагере затрубили трубы и в дверях королевской палатки появился сэр Бедвер. Суровое лицо старика было бледно, седые волосы нечёсаны, и по одежде видно было, что он очень спешил.
– Сэр Бедвер, ты с дурными вестями из Британии! – воскликнул король. – Неужели случилось что-нибудь ещё более ужасное, чем то, что я переживаю? Какие у тебя вести?
– О, мой король! Твой племянник Мордред восстал, – заговорил сэр Бедвер. – Он собрал вокруг себя много народу, разослал письма ко всем лордам и рыцарям, твоим вассалам, обещая им земли и богатства, если они провозгласят его королём. Он заключил под стражу твою супругу Гвиневру, говоря, что женится на ней, как только убьют тебя.
– Мордред! Мордред! – воскликнул король. – Мордред оказался изменником, а я считал его рассудительным, стойким мужем!..
– Увы, хотя он и брат мой, но всегда был предателем! – гневно заметил Гавейн.
– Я с опасностью для жизни вырвался из Британии, чтобы рассказать тебе обо всём, – продолжал сэр Бедвер. – После того, как я с гневом отверг его предложения, он неотступно следил за мною. Но теперь, государь, ты должен прекратить эту бесплодную и неправую войну с Ланселотом и со всей армией поспешить домой, чтобы уничтожить ядовитую змею, которую вскормил у себя на груди!
В тот же день король Артур снял осаду с города и замка сэра Ланселота и быстро направился к морю, чтобы сесть на суда и, переправившись в Британию, достойно наказать изменника и узурпатора Мордреда.
