И тогда «Разогреватель» настраивает свой лазер на убийство. Теперь он может подобрать спектр излучения, который пройдёт через всю многослойность этого конкретного солнца. Пройдёт, и выплеснет свой нагрев не абы куда, а в нужную область звёздного ядра. И тогда, всего лишь после недельного облучения, приговорённая звезда состарится на миллиард лет.
Состарится и взорвётся.
После рассказов четверорука Говы Кассандра Дубровина была так возмущена деспотизмом короля Чёрной звезды, что попросту кипела праведным гневом.
– Почему же вы все не восстанете и не свергните этого… э… узурпатора? Вон, как вас много живёт по всей Сфере, там и тут – сам же рассказывал.
– Ну так… – кривился четверорук Гова. – Мы, как-то, все сами по себе. Нет у нас, понимаешь, Кася, объединяющего начала. Попробуй по всем этим сотням миллионов километров собрать народ в кучу. Большинству и так неплохо – не трогают, и ладно. Да, они уж и привыкли за эти сотни лет свободной жизни на Сфере Мира.
– Как так привыкли? – пылала гневом Кассандра. – Их родные планеты с солнцами – трых-бых – распылили, а они попривыкли, понимаешь. Как это?
– Да ведь за сотни и тысячи лет уж поколения целые сменились, планетянка Кася. Это ты только появилась и ещё возмущена, а им-то… Большинство уж и забывать стало о родных своих планетах, да и вообще о планетах, если на-то пошло. Они их и представить не могут, если рассказываешь. Уж давным-давно вот эта самая Сфера Мира и есть их дом роднюсенький. Горизонт без края. В другой вариант они и поверить неспособны. Да и вообще…
– Понимаешь, Кассандра, это только кажется, что Чёрный Король такая бессильная букашка. Занят своими делами по уши, и не до чего ему дела нет. Во-первых, он и вправду занят всяким глобальным планированием, мерзкой своей миссией уничтожителя звёзд. А во-вторых, ему – с его высот запредельно черных дел – эта наша тараканья возня внизу, на просторах Сферы Мира, представляется вовсе не достойной его величайшего внимания, столь мелочной и жалкой, что заниматься этой вознёй унизительно для его звёздной короны. Мы пользуемся этим, даже внагляк обворовываем королевские склады. Но нам просто везёт. Везёт, что Чёрный Король не занялся нами всерьёз. Мы для него тараканчики, которые бегают где-то под полом. Его это, как бы, совсем мало касается.
– Ну вот! – глаза у Кассандры горели от возбуждения. – Вот и надо, пользоваться, объединяться. И свергать Короля. Вся власть освобождённым народам галактики! – выдала она как на митинге.
– Не, земляная планетянка, – развёл все четыре руки Гова. – Король слишком силен. Тут если и действовать, то исключительно тайно.
– А главное технически пре-грамотно, – вставил свои «пять копеек» местный изобретатель Хватка.
– Караул! Сферотряс! – заорал Тимурка как резаный.
София пробудилась и захныкала.
– Чего орёшь, Тима? – произнесла Кассандра сквозь сон.
– Так ведь… – Тимурка не закончил – пещера дрогнула, зазвенела, отозвались камертоном далёкие-далёкие коридоры, звук ушёл по ним, разветвился, как в дельте реки, туда, может даже к далёкому безвоздушному выходу на Ту Сторону.
– Опять? – сказала Кассандра, выбираясь из тягучего, не отпускающего сна. Пещера тряслась, звякала в некоем ритме – «дзинь-дзинь». София хныкала.
– Ладно, подъем, – зевнула ученица 6-го «Б». – Хватаем сумки и на… – она зевнула, – а-а-а!.. и на выход. Бегом. Не плачь, Софа. Все нормально – пещера железная, не обрушится.
Тимурка уже стоял готовый, как солдат, в не зашнурованных кроссовках, с подаренным паровозом и с кипой одеял.
– Я готов! – заявил он звенящему миру об этом событии. – Каська, я готов!
– Рюкзак где? – буркнула Кассандра. – Бери за руку Софочку и на выход. Я щас, – она снова зевнула.
Пещера продолжала трястись, будто бы к ней приставили громадный отбойный молоток. Вообще-то, в некоем аллегорическом плане так оно и было на самом деле.
С полными руками барахла, спотыкаясь от тряски, она все же догнала малышей перед самым выходом. Выскочив, они сразу глянули на небо, однако второго солнца там вовсе не наблюдалось.
– Королевскую яхту ищете? – спросил спокойно стоящий на своих четырёх ногах Гова. – Не, это не «Царьделька». Тут другое. Вон, смотри, Кася! – он ткнул куда-то вдаль двумя правыми одновременно, в бесконечно задирающийся горизонт Сферы. – Видишь?
– Ой! Бинокль-то, бинокль забыл! – взвизгнул Тимурка. – Как же я нынче… Эх, беда!
– Не волнуйся, Тима, у меня есть, – успокоил четверорук.