Они подошли прямо к Акре. Тут войско крестоносцев не смогло их быстро достать, и гарнизон города, представлявший собой отряд коннетабля иерусалимского Жана Арсуфского, контингенты тамплиеров и госпитальеров, ополчение горожан находились один на один с двенадцатью тысячами сарацин.
Бертран д'Атталь влетел в ворота Акры, но в городе уже знали о приближении врага. Патриарх Иерусалимский призвал всех женщин, стариков и детей на молитвы в церкви, а всех мужчин в городе, кто способен был носить оружие, призвал Жан Арсуфский. Коннетабль велел полумертвому от усталости Бертрану хорошенько отдохнуть и оставить коня, который тоже был жив лишь каким-то чудом, ведь Атталь сделал краткую остановку только в Шато Пелерине.
Атталь сразу же уснул в предоставленном ему доме рядом с домом самого коннетабля иерусалимского. Но поспать ему не удалось. Уже через два или три часа его разбудил слуга коннетабля и отвел к своему господину. Жан Арсуфский ждал в башне Святого Николая – одной из башен городской стены. Проходя по улицам Акры, Бертран видел, как они опустели. Кто закрылся в доме, кто находился в церкви, а кто шел на стены или в ополчение, собирающееся у ворот.
Бертран пошел за слугой по гулким серым ступеням на самый верх башни, где в караульной комнате собрались коннетабль, Рено де Вишье, Гийом де Шатонёф, высшие чины обоих орденов. Атталь слегка растерялся, оказавшись в таком обществе. Все посмотрели на него уважительно, особенно на культю правой руки.
– Сеньор д'Атталь, расскажите нам, что собирается предпринять король Людовик? – спросил коннетабль. – Он выдвигается из Яффы нам на помощь?
– Сеньор коннетабль, я не могу ручаться за это, – ответил Бертран. – Когда я пускался в путь, об этом разговоров не слышал, его величество ни о чем таком меня не уведомлял.
– То есть король поставил перед вами задачу просто предупредить гарнизоны городов, что идут сарацины?
– Да, все так.
– Как же при этом гарнизонам защищаться против такой силы?
– Не могу знать, коннетабль, но я уверен, король обязательно выдвинется сюда на помощь.
– Это лишь ваши домыслы, – заключил великий командор Этьен д'Отрикур. – Можете еще сказать что-то существенное, чему вы были свидетелем в Яффе?
– Когда сарацины подошли к городу, произошла незначительная стычка между нашими арбалетчиками и их передовым отрядом. Король велел беречь силы.
– Вот это и было нам важно услышать! – сказал Рено де Вишье. – Король Франции не станет выводить свое небольшое войско, чтобы ударить врагу в тыл.
– Прошу прощения, Великий магистр, но вы неверно истолковали мои слова! – спохватился Атталь. – В тот момент его величество посчитал, что выходить за стены против двенадцати тысяч опасно и лучше подождать, когда враг уйдет.
– Уйдет, но не на свои земли, а на наши, – заключил Жан Арсуфский. – Сеньоры, что мы предпримем? Ультиматум сарацин более чем ясен – либо они сожгут все вокруг Акры, либо мы платим пятьдесят тысяч безантов.
– Ничего платить сарацинской нечисти мы не станем! – утвердительно сказал Гийом де Шатонёф. – Надо дать им бой!
– Но их двенадцать тысяч, как говорит этот посланец, – уточнил Рено де Вишье.
– Ну что же, покажем его величеству французскому королю, как христиане умеют биться не за стенами, а перед ними! – воскликнул Этьен д'Отрикур.
– У нас и вполовину не наберется тех сил, что у сарацин! – возмутились маршал, подмаршал и туркополье тамплиеров. – Выходить за город – самоубийство!
– Вот как мы поступим, – уверенно произнес Жан Арсуфский. – Враг только того и ждет, что мы испугаемся и предпочтем откупиться. Но, конечно, ни одного безанта от нас безбожники не получат. Однако и вступать в бой меньшими силами против их многочисленной конницы тоже глупо. Но мы покажем сарацинам, что готовы дать им бой. Мы выйдем из города и займем позицию на холме Святого Иоанна. Оттуда хорошо обстреливать их из луков, арбалетов и при этом находиться вблизи городских стен. Мне кажется, эти сарацины не так уж и храбры, чтобы попытаться нас атаковать. Иначе они не упустили бы случая попытаться взять Яффу, где находится король Франции с небольшими силами.
Через час сборное войско Акры вышло из города и поднялось на холм Святого Иоанна. Жан Арсуфский наблюдал за всем со стен, магистры орденов находились рядом с ним. Атталь из скромности встал отдельно неподалеку, с интересом глядя на все из-за зубца стены.
Вперед выдвинулись пехотинцы с большими, в рост человека, щитами, из-за их спин арбалетчики и лучники стали стрелять по сарацинам. На городских стенах тоже появились стрелки и начали тревожить сарацин меткими выстрелами.
Враг оценил обстановку. Она складывалась не в его пользу. Платить христиане не собирались, а конному войску сложно начинать осаду самого большого города Святой земли без машин, достаточного количества пехоты, способной идти на штурм с лестницами. В прямом бою позиция христиан на холме очень выгодна: пока конница преодолеет подъем, она понесет большие потери от стрелков и напорется на копейщиков, а со стен Акры им в тыл тоже полетят стрелы и камни катапульт.
