— Ты чего в моей комнате забыл?! — я кинула ему в голову подушку, но он перехватил ее руками, и положил аккуратно на край кровати. — Зачем мне в комнате дверь с замком, если ты постоянно ее игнорируешь?
— Убийце плевать на замки. И если бы я был им, ты уже пятнадцать минут как была бы мертва.
— То есть… Ты просто стоишь и смотришь, как я сплю? На протяжении пятнадцати минут?.. Это крипово. Больше так не делай.
— Ты поздно легла, и я хотел убедиться, что ты встанешь к завтраку.
— И я встала.
— Нет, не встала, — он показал пальцем на часы. Те показывали без двадцати четырех минут девять.
Я схватила телефон, чтобы проверить будильник. Не может же такого быть, что я его не услышала. Тот работал, но, вот беда, он не звонил по выходным. Я завела его только на будние дни. А сегодня была суббота.
— Вот черт…
— Иди есть, — он направился в кухню.
— Сейчас, оденусь, — я вылезла из кровати.
— Лучше сначала поешь, потом оденешься.
— Оу… Ну… Ну ладно.
В самом начале мы с ним договорились, что я сначала привожу себя в порядок, а потом ем. Вообще, шикарная идея, спать в шортах и огромной футболке. В них можно хоть на улицу выбежать. Хотя учитель, конечно же, не одобрит.
На кухне меня ждала тарелка каши и чай. Каши я ненавидела, любые каши, просто терпеть не могла. А учитель считал их необходимыми. Сошлись на том, что к кашам будет подаваться что-нибудь, чем можно заглушить вкус. Сейчас это была серебряная соусница с клубничным вареньем. На столе стояла только моя еда, и я сделала вывод, что мастер уже поел. Мы сели за стол, я ела, он ничего не говорил. Впрочем, как и всегда. Доев, я подвинула к себе кружку с чаем.
— А что за чай-то? — я понюхала. Такого у нас не было.
— Пей. Это от нервов.
— А это не… — я многозначительно глянула на мастера.
— Конечно нет! За кого ты меня принимаешь?
— Ну, мало ли…
Я сделала пробный глоток. На вкус было очень даже неплохо.
— Ты никогда не был в Варлеоне?
— Был однажды. Очень давно. Хороший был город. Тихий.
— Настолько тихий, что никто даже не заметил, как он пал.
Учитель посмотрел на меня, и мне показалось, что ему есть, что сказать, но он сдерживает себя.
— Ты ведь видел, как это было, да? Моими глазами. Ты нашел это в моей голове, — я постучала пальцем себе по виску.
— Я не хотел поднимать эту тему при тебе.
— Все нормально. Прошло много времени. Правда, я не думаю, что у тебя найдутся вопросы об этом. Все, что я знаю, ты видел. И у меня такое чувство, будто ты знаешь об этом больше меня.
— Тебя и других выживших прятали среди людей. В разных местах, иначе он бы нашел всех сразу и уничтожил. После этого он начал выслеживать вас по одному, тогда-то его и поймали. Десять лет назад.
— Его убили?
— Конечно. Нельзя было оставлять такое в живых.
— Его точно убили?
Он внимательно посмотрел мне в лицо, а затем встал с места и двинулся в сторону коридора.
— Идем.
Я молча поднялась и проследовала за ним. Он что, держит его в каком-нибудь сундуке под кроватью?.. Мы прошли в мою комнату. Он развернулся и положил руки мне на плечи.
— Эм… Учитель? — я попыталась убрать его руки и отстраниться, вспомнив, как он положил руку на плечо ученика перед тем, как убить его, но он держал меня мертвой хваткой.
— Сегодня ты посидишь дома. Поняла? Никуда не выходи.
— Но я хочу пойти на праздник, там будет много людей, меня не тронут в толпе…
Он чуть наклонился, между нашими лицами было не больше дюжины сантиметров.
— Одиннадцать лет назад точно так же убили всех магов у тебя дома. Они тоже были не одни, их было много, многие из них по силе были равны нашим мастерам Что-то я не вижу их сейчас среди живых. Кроме того, — он снова выпрямился, — чай начал действовать.
— Что?.. — я снова попыталась убрать его руку, но столкнулась с одной проблемкой. Вместо рук у меня были кошачьи лапы. Я широко раскрытыми глазами смотрела на свои пушистые черные лапы, крутя и сгибая их перед собой.
— У… Ум… У мен… Меня… — начала заикаться я и попыталась ударить учителя в грудь, чтобы он, наконец, отпустил меня. Удар получился слабым, и я просто продолжила упираться в него одной лапой. — У меня руки — лапы!!! — я обрушила серию таких же, как и предыдущий, ударов ему в грудь, на что он смотрел с весьма удрученным видом. Черная одежда плавно становилась черной шерстью.
— Успокойся. Это оборотный чай. Как приворотный, только оборотный.
— У меня лапы-руки, а ты еще шутишь! — я не переставала его колотить, и он усмехнулся.
— Не только руки.
Я посмотрела себе на ноги, которые тоже оказались лапами. Я запищала, прыгнула, поджимая их под себя, и зависла в воздухе. Учитель держал меня на руках. Только я была целиком и полностью кошкой.
