В самом начале моего обучения учитель предупредил меня, чтобы ночью из комнаты не выходила, и что он ценит режим. На свой страх и риск я отворила дверь и прошла по коридору, перешагивая через спящего на полу черного кота, в кухню. Включать свет я не стала, ибо уж слишком это заметно, а я как раз добиваюсь обратного. К тому же, фонари с улицы давали достаточно света. Проверив уровень воды в чайнике, я поставила его на газ. Постояв немного и подождав, пока тот закипит, я выключила плиту. На кухне включился свет. Я посмотрела в дверной проем, заранее зная, что, а точнее кого, я там увижу. Учитель, вопреки моим ожиданиям, не спросил своим обычным тоном, что я тут делаю. И это значило, что я могу спросить первой.
— Тебе чаю налить?
— Да, — он все же вошел в кухню и сел за стол, пока я доставала его кружку.
— Как обычно?
— Нет… Давай что-нибудь на твой вкус.
Я заварила нам чай из розы. Учитель хмыкнул, увидев мой выбор. Поначалу мы пили молча, каждый думал о своем, но об одном и том же. Убийцу надо найти. От людей в Городе нет никакой пользы, их легко обмануть и запутать. И нужен кто-то… кто справился бы с этим. Кто-то из магов. Но вряд ли кто-либо из мастеров за это возьмется…
— Я найду его.
Я подняла глаза на учителя.
— Научи меня ставить блок на мысли.
Он не оценил мою шутку. Как и все остальные мои шутки. А может, и оценил, но не показал этого. Да не, бред какой-то. Кстати, о бреде…
— О, я вспомнила, — я достала из кармана бумажку с символами и отдала учителю. Тот с интересом принялся ее разглядывать.
— М-да, — наконец выдал он. — Так себе это твое сообщение. В основном тут про смерть.
— А поподробнее можно?..
— Так… Если ты, такой же, как и я, читаешь это, будь осторожен… Ибо смерть ждет каждого, кто ходит по земле и вдыхает воздух… Но только твоя смерть ближе остальных… Ты здесь, а значит, ты проклят… И ни мое послание тебе, ни помощь всех великих мастеров не спасет тебя от гибели… Помни об этом, — мастер отложил листочек.
— Позитивненько так. Особенно в свете последних событий.
— Не думаю, что он знал, что так будет.
— Да, он определенно писал о чем-то другом. О чем?
— Без понятия.
— Да ла-адно тебе. Ты ведь знаешь, о чем он, не так ли?
Он допил чай и поставил кружку на стол.
— Бриджет, иди спать.
Мой вздох был ему ответом. Я поднялась, сполоснула кружку и побрела к себе, перешагивая все через того же кота. Сегодня днем будет Поднесение, а это значит, что я либо останусь дома одна, что более всего вероятно, либо буду таскаться за учителем, что нарушает его «древние традиции», ведь ученики должны справлять Поднесение вместе с людьми и отдельно от мастеров. Но одно я знала точно: день будет тяжелым.
— Я не считаю, что поступил неправильно! — вскричал парень в черном плаще.
— Они считают, — спокойно сказал учитель.
Лес вокруг них стоял темной стеной. И пересечет ее сегодня лишь один.
— Но Вы же… Вы, учитель, так ведь не думаете? — в глазах молодого ученика мелькнул страх.
— Я думаю, Солар из Варлеона, что ты не контролируешь свою силу. Умеешь, но не хочешь.
— Я… Я помог ей…
— Ни люди, ни маги не могут решать, кому жить, а кому умереть. Та девушка умерла своей смертью, ты не помог ей. Ты лишь заставил вновь ее через это пройти. Отсрочил неизбежное. И я бы не стоял сейчас здесь, если бы дело ограничилось только ей. Из могил поднялась половина кладбища. Совет найдет тебя и повесит. Но я им этого не позволю.
— Не позволите?.. — в глазах моего земляка появилась слабая надежда.
— Да, мой ученик. Это только моя ошибка, — он положил руку парню на плечо, — и только мне ее исправлять.
Из ниоткуда появилась черная веревка и одним концом обвила шею Солара, а другим она зацепилась за толстую ветку, подняв его в воздух. Парень болтал ногами в воздухе, пытался разодрать пальцами петлю. Вдруг из его шеи, там, где веревка соприкасалась с кожей, побежали тоненькие струйки крови. «Это не веревка, — дошло до меня, — это — лоза. Лоза с шипами». Учитель стоял в двух метрах от своего ученика и наблюдал, как тот извивается. На лозе появились крошечные красные бутоны. Спустя еще немного времени подергивания прекратились, а бутоны раскрылись, став алыми, как кровь молодого ученика, розами. Солар был мертв. Учитель вздохнул и повернулся в мою сторону, но смотрел явно сквозь меня. Лоза превратилась в обычную веревку, а розы исчезли. Я обернулась тоже и увидела, как из тени деревьев выходят мастера. Первым шел мастер улицы Пик, я узнала его.
— Если бы мы знали, что ты сделаешь это сам, то не пришли бы сюда просто так, — сказал он.
— Вы все здесь не просто так. Засвидетельствуйте его казнь и закройте уже это дело.
Не все мастера смотрели на него с презрением, когда он уходил. Многие смотрели с ужасом, кто-то смотрел с сожалением. Мастер с улицы Пик не смотрел на него, он смотрел на труп Солара.
Я открыла глаза, и мой взгляд тут же уткнулся в стоящего в метре от меня учителя.
