В конце проход героям открылся вид на круглый зал, освещённый множеством сверкающих жемчужин. По рифлёной поверхности свода Ильдрим понял, что они находятся под перевёрнутой створкой раковины гигантской тридакны, способной накрыть целый район города. В центре у обитого серебром сундука стоял Нейдон, опираясь на семизубец. Спустившись по спиральной лестнице, путешественники подошли к нему и в почтении поклонились.
— Отдаю долг магистру Аллогарту, — царь Тритонтиды открыл сундук.
В нём лежал небольшой ларец и свёрнутое трубкой письмо.
— Раньше было два ларца, — задумчиво произнёс Ильдрим.
— Как говорилось в прошлом письме, артефакт последний, — сказал Гельгарот, беря ларец.
Герцог открыл его. Взорам героев предстал перстень с красным камнем, на котором изображался золотой герб Вемфалии — дракон, держащий в лапах щит и меч.
— Как я и думал, перстень наследного принца, — произнёс Гельгарот. — Все королевские регалии собраны. Осталось найти их владельца. Быть может, здесь мы найдём ответ.
Закрыв ларец и протянув его Ильдриму, Гельгарот взял письмо.
— «Я рад, что у вас всё получилось. А теперь возвращайтесь невидимой дорогой туда, где нашли первое письмо».
— Кентаврида, — заявил Ильдрим. — Первое письмо мы нашли там.
— Это понятно, — проговорил герцог. — Но что за невидимая дорога?
— Скорее всего, это курс корабля, — предположил тритонтийский царь. — Это своего рода дорога, но она не видна со стороны.
— Понятно, — Гельгарот вздохнул. — Значим, идём в Кентавриду. Вернее, плывём.
— Уверен, адмирал Гитон с радостью доставит вас туда на своём «Кархародоне» — заявил Нейдон.
Держа руках ларец с перстнем, Ильдрим наконец убрал его в торбу.
— Если всё решили, давайте выбираться из этого места, — подала голос Лугнуада.
— Согласен с остроухой, — поддержал её Берослав. — Не нравится мне тут. Сыростью пахнет.
— Верно, — кивнул Гельгарот. — Не будем терять времени.
И он первым направился к спиральной лестнице.
1Бак — надстройка в передней части палубы
2Бушприт — наклонная носовая мачта, выступающая впереди корабля
3Фок, грот и бизань — нижние паруса не первой, второй и третьей мачте трёхмачтового корабля соответственно
4Форштевень — деревянная балка на носу корабля
5Ют — надстройка на корме корабля
6Тридакна — гигантский двустворчатый морской моллюск
Клехторду II казалось, что вновь переживает одни те же события. Так похоже было его возвращение в столицу на то, что произошло перед смертью отца. Грант-Вельмбург вновь встретил его ночной тишиной и пустыми улицами, тонущими во мраке. Но рядом ехал не Балтар с чернеющей повязкой на левой глазнице, а магистр Аллогарт в развевающейся мантии.
— Хотите, я всё расскажу королеве, — предложил главный маг, когда они оба подъехали к мраморному крыльцу.
— Нет, — король покачал головой, — Это будет трудно, но я должен сделать это сам.
Клехторд и Аллогарт спешились. Слуги тут же взяли коней за поводья и увели на задний двор. Поднявшись по ступеням, король решительно направился в покои жены. За ним едва поспевал главный маг. Коридоры дворца словно молнии проносились перед глазами Клехторда II. Он, кивая на поклоны слуг, поднялся на третий этаж и остановился, увидев перед закрытыми дверям стоящего Балтара с согнутой в локте правой рукой, готовой в любой момент схватиться за меч.
— В чём дело? — спросил король.
— Её величество рожает, — ответил главный полководец и отошёл в сторону, пропуская короля внутрь.
Едва Клехторд распахнул тяжёлые дубовые двери, как покои королевы оглушил плач младенца. Король замер, смотря на ребёнка в руках у главной повитухи.
— Ты прибыл как раз во время, — улыбнулась Лариония, лежащая в кровати. — У нас родился мальчик.
Посмотрев на радостное лицо супруги, король внутренне содрогнулся, понимая, что вынужден перечеркнуть этот восторг. Он подошёл к повитухе, та понимающе кивнула и вручила ему сына. Едва сдерживая слёзы, Клехторд IIпокачал младенца, и тот успокоился.
— Поздравляем вас, ваше величество, — проговорили повитухи.
— Лариония, прости меня, — начал король.
— Не надо извинений, — отмахнулась королева, по своему поняв супруга. — Ты же приехал живым и здоровым. У нашего сына будет самый лучший отец.
— Нет, — Клехторд покачал головой. — Всё не так.
Качая сына, он виновато посмотрел на супругу.
— О чём ты? — удивилась Лариония.
— Я был у кармунезийской пифии, — продолжил король. — И она сказала…
Он запнулся, прижав к груди младенца.
— Наш ребёнок? — королева по движениям супруга догадалась, о чём тот собирается сообщить. — Что будет с нашим ребёнком?
— Он должен вырасти вне семьи, — наконец выдал король.
— Нет! — Лариония резко села, сбросил одеяло. — Верни его мне! Я никуда его не отдам!
Клехторд испуганно подошёл к кровати и протянул сына супруге. Та прижала его к груди, решительно посмотрев в глаза королю.
— Не отдам! — повторила Лариония.
Как и боялся король, радость в её голубых глазах сменилась на гнев.
— Как ты его назовёшь? — Клехторд попытался потушить злость супруги.
Лариония посмотрела на сына, затем перевела взгляд на короля и вдохнула, чтобы ответить.
