Поднявшись на вершину холма, дрейтанка увидела ещё один, ниже и круче первого. Между двумя холмами пролегала широкая равнина, вдававшаяся в море. На поверхности покачивались несколько кораблей с спущенными парусами.
— Это же наши? — узнал их дрейтанский император.
— Не беспокойтесь, — заверил его вемфальский король. — С вашими экипажами ничего не случилось. Должен же кто-то увезти вас отсюда.
— Что с нашими детьми? — снова попыталась узнать Салемора, когда процессия спустилась на равнину.
— Всему своё время, — Рихторд III грозно сдвинул брови.
— Сколько нам ещё ждать?! — дрейтанка перешла на крик.
— Думаю, не долго, — король обернулся к вершине восточного холма. — А пока слушайте меня. Мне понравились ваши земляные яблоки. И кровавые тоже. Возьму то, что вы нам привезли. Это будет платой за прощение ваших злодеяний.
— Но мы не хотели причинить вам вреда, — умоляюще произнёс император Данмор I.
— Я вам не верю, — отрезал Рихторд III. — Но я вас прощаю. За это мои люди будут к вам приплывать и забирать ваших плодов. Но и мы вам сделаем кое-какие дары.
Король хищно улыбнулся, снова глянув на холм. По склону спускались вемфальские слуги, каждый из которых держал в руках корзину.
— Вот и ответ на ваш вопрос, — Рихторд III посмотрел на Салемору.
Когда первый вемфалец поставил корзину на траву, девушка осторожно приподняла накинутую сверху ткань и с криком отскочила назад. Из корзину на неё остекленевшими глазами смотрело безжизненное лицо юного Цертанара, друга её сводного брата.
— Вы… — судорожно дыша, Салемора посмотрела на вемфальского короля. — Вы… Вы их убили.
— Это будет вам хорошим уроком, — хладнокровно ответил Рихторд III.
— Мой сын! — взревел Данмор I.
Замахнувшись тростью, дрейтанский император решительно двинулся на вемфальского короля. Воины схватились за оружие, но Рихторд III опередил их. Обнажённый меч застыл перед лицом Данмора, рискуя ослепить его. Император остановился и тяжело вздохнул.
— Почему именно детей? — спросил он.
— Отец! — раздалось с вершины восточного холма.
Не веря в происходящее, Данмор I наблюдал за небольшой фигурой, быстро спускавшейся со склона. Бросив посох, император стремительно зашагал навстречу сыну, которого только что посчитал погибшим.
— Отец! — сквозь слёзы заговорил Данмор-младший. — Они убили! Они убили их всех! Моих друзей! И даже Цертанара.
— Это моя вина, — проговорил император, обнимая наследника. — Прости меня. Мне не нужно было сюда приезжать.
Тем временем остальные дрейтанцы осмотрели другие корзины, принесённые вемфальцами. Кто-то, узнав останки своих детей, замер подобно статуе, закрыв лицо руками. Другие плакали, смотря в безжизненные лица. Третьи сжимали кулаки, косясь на короля и его подданных. Салемора обняла обоих Данморов, приложив голову к груди приёмного отца и гладя волосы приёмного брата.
— Теперь вы знаете, как вемфальцы поступают с недоброжелателями, — заявил Рихторд III.
— Знаем, — проговорил Данмор I, уставший объяснять отсутствие в цели их визита злого умысла.
Отпустив детей, он подошёл к одной из корзин и взял её.
— Руки прочь! — прикрикнул вемфальский король.
— Мы отвезём их домой и похороним, — император умоляюще посмотрел на него.
— Нет, — Рихторд III махнул рукой, всё ещё держащей меч. — Их похоронят там.
Позолоченный клинок указал на холм в западной части полуострова.
— Если вы вновь вздумаете посетить нашу столицу со злыми намерениями, — объяснил король. — Вы будете видеть этот холм и помнить, какие последствия вас ждут.
С восточного холма спустились вооружённые лопатами крестьяне. Они прошли через равнину и поднялись на вершину западного.
— И будущий правитель Дрейтании. — Рихторд III рассёк мечом воздух, повернувшись в сторону плачущего наследника. — Он навсегда запомнит этот день.
Данмор-младший посмотрел на короля покрасневшими глазами. Тем временем слуги отнесли на холм корзины с телами дрейтанских детей и погрузили их в вырытые могилы. Крестьяне вновь взялись за лопаты, и вскоре лишь отсутствие травы над закопанными ямами напоминало о произошедшем. Вытерев слёзы, Салемора повернулась к вемфальскому королю.
— Можно мне попрощаться с ними? — спросила она.
— Только тебе и никому более, — ответил Рихторд III.
Подобрав подол платья, Салемора принялась подниматься на восточный склон западного холма. Спускающиеся ей навстречу слуги и крестьяне виновато прятали глаза. Закончив восхождение, дрейтанка огляделась. Убедившись, что осталась на вершине одна, она опустила глаза к могилам. Дующий с моря ветер развевал её длинные чёрные волосы и шумел в ушках. Но Салемора не замечала его, она села на колени между могил и задумалась. Запустив руку в поясную сумку, она извлекла оттуда склянку с багряным порошком.
— Ваша смерть не будет напрасной, — сказала она похороненным детям и поднялась.
