Его друзья последовали примеру. Ильдрим с ужасом глянул на вооружённых воинов, забыв все заклинания. На помощь пришла Лугнуада. Она скинула шубу, запрыгнула на стол, взяла лук и прицелилась.
— Ого, какая красотка! — первый йотун с восхищением обвёл взглядом фигуру эльфийки, спьяну не замечая направленной на него стрелы, и обратился к Ильдриму. — Отдай мне на ночь свою козочку, и я тебя прощу.
Лугнуада еле сдержалась, чтобы не отпустить тетиву. Как бы ей не хотелось видеть стрелу, воткнутую в лоб дебошира, она понимала, что находится на их земле, и потому они в большинстве. Но тут Гельгарот, ожидавший подобного развития событий, устало вздохнул, встал из-за стола и вытащил Змееборец.
— Я попрошу вас успокоиться, — обратился герцог к йотунам. — Мой друг сделал это случайно, а я готов заплатить. Но если вы желаете вступить в битву, то знайте, что этот меч знал противников и пострашнее.
Некоторые северяне притихли, глядя на четыре скола знаменитого оружия.
— Что твой меч против моего топора? — пригрозил оружием первый йотун, желая закончить спор дракой.
— Локибальд! — крикнула вернувшаяся в зал Брульда. — Отстань от моих гостей!
— Это криворукий юнец лишил меня последней капли моего эля! — Локибальд указал топором на Ильдрима.
— Не забывай, что ты уже три дня пьёшь у меня в долг, — оборвала его Брульда. — Так что это мой эль!
Трактирщица подошла к стойке и взяла одной рукой увесистый половник, другой толстую скалку.
— Либо прекращай, либо я выкину тебя из своего трактира! — сообщила она, потрясая импровизированным оружием.
Йотуны переглянулись. Желание подраться боролось с нежеланием ссориться с Брульдой и покидать трактир. Последнее победило. Вздохнув, все вернулись за стол.
— А ты слезь со стола! — Брульда фыркнула, глядя на Лугнуаду. — Подумаешь, ноги как у лани.
Под восхищённый взгляд Ильдрима эльфийка послушно спустилась и накинула шубу. Брульда тем временем вернула на место половник и скалку. Сосчитав взглядом йотунов, она достала нужное количество рогов и влила в каждый из них эль, незаметно добавив отвар из стоящей рядом кастрюле.
— Вот, пейте, пока не лопнете! У меня ещё много! — заявила трактирщица, поставив перед дебоширами поднос с рогами.
Обрадовавшись, йотуны тут же осушили рога. Брульда, хитро щурясь, наблюдала, как от добавленной в эль травы они, один за другим, повалились лицом на стол и захрапели.
— Всё, — радостно сообщила трактирщица, похлопывая ладонями, словно отряхивая их от муки. — Они проспят до середины завтрашнего дня.
— Спасибо, — поблагодарил Гельгарот и посмотрел в окно на темнеющее небо. — Но мы пожалуй пойдём в комнату.
— Сладких снов, — улыбнулась Брульда. — Надеюсь, еда понравилась.
— Да, спасибо, было очень вкусно, — ответил Ильдрим, поднимаясь вслед за Гельгаротом.
Путешественники зашли в комнату. Увидев кровать, устеленную шкурой белого медведя, Лугнуада тут же повалилась на неё.
— Не понимаю, как можно столько есть, — простонала она, положив руки на живот.
Герцог присел у камина и кинул туда два полена.
— Разожги огонь, — сказал он, повернувшись к Ильдриму.
—
Между пальцев вспыхнули красные искры. В мгновение они перелетели в камин и осели на дровах. Резко вспыхнул огонь. Не до конца привыкший к магии Гельгарот инстинктивно дёрнулся в сторону.
— Ого, это и есть ваша хвалёная магия? — подняла голову Лугнуада.
Ильдрим смущённо кивнул. Закончив с камином, он подошёл к окну. Взору студента предстало ночное небо с горящими звёздами. Вновь Ильдрим легко определил созвездия. Волк, разинув пасть, всё также шёл на Моржа, а за ними стоял невидимый из Вемфалии Йети, указывая путь на север. На чёрной пелене возникло слабое зелёное свечение. Оно становилось всё ярче и в итоге превратилось в полупрозрачный занавес, колыхавшийся в небе. С восторгом наблюдая за ним, Ильдрим вспомнил, как читал о северном сиянии.
— Да, красиво, — подал голос Гельгарот, топя камин.
Готовая уснуть Лугнуада присоединилась к наблюдению удивительного явления. После нескольких колыханий, так же плавно, как и появился, занавес исчез.
— Всё, всем ложиться спать, — объявил герцог и видя недовольство спутников, добавил. — Я понимаю, что вы выспались на корабле, но поверьте, по Йотунгалле лучше путешествовать в дневное время. Ночью здесь царят невыносимые морозы, поэтому по ночам лучше спать.
Когда наутро путешественники спустились в зал, Брульда уже приготовила на завтрак овсяную кашу и по два варёных яйца каждому. Ильдрим и Лугнуада удивились, что стол накрыт на четверых. Нарезанные ломти свежего хлеба соседствовали с кусками мягкого сыра. В окружении кружек возвышался кувшин с парным молоком. Вчерашние дебоширы, как и обещала трактирщица, всё ещё спали, тихо похрапывая.
— Сани будут? — Гельгарот погрузил ложку в кашу.
— Конечно. Вас отвезёт мой племянник. — Брульда взяла две чугунные сковороды, с протяжным звоном ударила их друг о друга и закричала: — Снордольф!
