— Смотри, не растай по дороге, отморозок! — шордаррец обнажил меч.
— Остынь, огонёк! — йотун замахнулся топором. — Иначе мне придётся тебя погасить.
— Давайте, вы оба успокоитесь. — Нейдон встал между ними, готовый применить трезубец.
— Он просто завидует мне! — одновременно произнесли Ферршан и Ходтор, указывая друг на другу.
— Ваше кармунезийское высочество, — Аллогарт обратился к Зармушиме. — Прошу вас, отведите нас с его величеством к дракону, пока господа принцы выясняют отношения.
Зармушима жестами пригласил Клехторда II и главного мага следовать за собой.
— Что? — удивился Ходтор. — Нет, я с вами!
— Пропусти вперёд великого воина! — Ферршан оттолкнул его и догнал кармунезийца и вемфальцев.
— Извините, ваше величество — Нейдон повернулся и поклонился Равиджану II, после чего присоединился к отряду.
— Эх, — раджа прижал руки к вискам, — лучше бы действительно написал Гипполиту Одиннадцатому в Кентавриду.
Выйдя из дворца, Зармушима подозвал слона. Пока он залезал на его спину с помощью лиан, Клехторд II оседлал игреневого коня. Аллогарт с удивительной для его преклонных лет ловкостью вскочил на рыжего скакуна. Радостно захлопал крыльями грифон, почуяв в седле Ферршана. Тот со злорадством посмотрел на Ходтора и Нейдона, чьи народы привыкли больше передвигаться по воде на кораблях, чем по суше. Тритоны вообще не имели ездовых животных, а йотуны использовали лишь собак для санных упряжек, бесполезных в кармунезийских джунглях
— Привыкай к земле, отморозок! — крикнул Ферршан.
— Сам привыкай, огонёк, — ответил Ходтор. — Ибо скоро тебя в ней закопают.
— Не стоит мучить ноги, — Зармушима заставил слона опуститься на колени. — У меня всем хватит места.
Йотун нехотя залез на спину серого гиганта вслед за тритонтийским принцем.
— Для меня большая честь прокатиться на корабле джунглей, — сообщил Нейдон.
Отряд покинул Убенбай и углубился в восточную часть джунглей. Густые заросли заставили Ферршана снизиться на грифоне, что вызвало усмешку Ходтора.
— Долго ещё? — нетерпеливо прорычал шордаррец, когда дорога через джунгли затянулась.
— Спешишь умереть? — спросил йотун со спины слона.
— Нет, хочу увидеть твою смерть, — ответил Ферршан.
— Тогда запасись терпением, — Ходтор поправил топором съехавший набок шлем.
Клехторд II почувствовал слабый запах серы.
— Попрошу всех успокоиться, — обратился он к спутникам. — Дракон уже близко. Не нужно раскрывать наше присутствие раньше времени.
Король Вемфалии, нахмурив брови, посмотрел вперёд, словно был способен глядеть сквозь заросли.
— У меня скоро родится сын, — добавил он. — И мне не хочется, чтобы он рос без отца.
— Сын — это хорошо, — Ферршан снизил голос. — У меня тоже есть сын.
— А у меня два, — вставил слово Ходтор. — Зато у принца Дагдалуга жена родила дочь и умерла. Представляю, как он бесится.
— В дочерях нет ничего плохого, — возразил Нейдон. — У меня есть и сын, и дочь. Оба прекрасны.
Клехторд мысленно согласился, вспоминая Герианну.
Раздался оглушительный рёв.
— Какой кошмар! — воскликнул Зармушима. — Я не думал, что он так близко!
— Двухголовый пирокрион, — Аллогарт по рычанию определил вид дракона и вспомнил недавнего студента академии, проявившего интерес к этим чудовищам, — Улиус Панзер сгорел бы от счастья.
Впереди показался просвет. Остановившись и спешившись, Клехторд II и его спутники вышли из зарослей и замерли от неожиданности. Окружённый поваленными и обожжёнными деревьями, дракон настороженно нюхал воздух, почуяв врагов. Аллогарт невольно улыбнулся тому, что точно узнал, с каким врагом предстоит сражаться его отряду. Длинное змеевидное тело толщиной со слона разделялось на две шеи. Левая сверкала ярко-красной чешуёй с золотыми узорами подобно пламени пожара, серебряные узоры на синей чешуе правой шеи напоминали ледяное море. Из ноздрей левой головы, словно из печной трубы, шёл дым, а вокруг правой клубился пар как в лесоземской бане.
— Какой кошмар! — повторил Зармушима.
Лианы безжизненно повисли на туловище кармунезийского принца.
— Сейчас я с ним разделаюсь! — уверенно пообещал Ферршан, обнажая меч.
В его левой руке вспыхнул факел. Шордаррец смело двинулся на дракона.
— Не так быстро, огонёк! — Ходтор последовал за ним, сжимая в руке топор.
— Боишься показаться трусом, отморозок?! — Ферршан обернулся к йотуну.
В этот момент обе драконьих головы, грозно смотря на двух наследников, шумно вдохнули воздух. Левая выпустила струю пламени, правая струю жидкого льда. Выставив вперёд факел, Ферршан бросился навстречу огненному потоку. Драконье пламя слилось с пламенем шордаррского факела. Подняв руку, бог войны направил огонь в воздух, и тот постепенно погас на фоне голубого неба. Тем временем Ходтор, прикрывшись топором как щитом, встретил холодный поток. Приблизившись к йотуну, жидкий лёд затвердел и стал похож на гигантскую руку, пытавшуюся схватить северянина. Ходтор замахнулся топором и со звоном разбил лёд.
— А ты, отморозок, оказывается, что-то можешь! — восхищённо воскликнул Ферршан.
— Да и ты, огонёк, не такой уж неудачник, — ответил Ходтор.
