Падение Лугнуады замедлилось. Воздух под ней принялся закручиваться в вихрь. Эльфийку словно поймали невидимые руки и плавно опустили на каменную землю. Ильдрим опустил руки, прекращая действия магии, и подбежал к Лугнуаде. Та, отойдя от потрясения, заключила студента в объятья.
— По-моему, наш маг делает успехи, — весело оскалился Берослав.
— Согласен, — кивнул Гельгарот, чувствуя гордость за молодого спутника. — Только интересно, почему он не сделал так же, чтобы спасти Натанура?
— Возможно, для этого нужно стоять ниже воздуха, который должен сгуститься, — предположил чёрный рыцарь.
— Возможно, — согласился герцог, продолжая смотреть на студента и эльфийку.
— Ты в порядке? — Ильдрим подал Лугнуаде её обронённое оружие.
— Я испугалась, — из зелёных глаз эльфийки потекли слёзы. — Думала, что погибну.
Лугнуада зарыдала в голос, уткнувшись в плечо смущённого Ильдрима.
— Какой бы сильной ни была наша принцесса, она всё равно остаётся принцессой, — вздохнул Берослав. — Но я рад, что она жива.
Когда эльфийка успокоилась, Ильдрим вновь использовал заклинание, поднявшее воздух с долин на высоту гор. Дышать снова стало легче, и друзья продолжили восхождение, осторожно ступая по скользким камня.
Наконец они добрались до цели — на вершину Громовой горы. От одобрения ангелов их отделяла отвесная стена.
— Давайте договоримся, — Берослав посмотрел на спутников, — никто больше не будет падать.
— Если бы это ещё зависело только от нас самих, — огрызнулась Лугнуада.
— Уверен, всё будет нормально. — Ильдрим снова извлёк из торбы горную верёвку.
Он раскрутил её, как аркан, и бросил вверх один конец. Верёвка вытянулась, на конце сама собой завязалась петля и захлестнула выступ на вершине каменной стены.
— А почему такого не было, когда ты пытался поймать Натанура? — удивился Гельгарот.
— Верёвка заколдована для воздействия на камень, — объяснил Ильдрим.
— Я рад, что наш таинственный друг — не камень, — улыбнулся леший.
— Давайте уже поскорее взойдём на эту гору, — Лугнуада первая схватилась за верёвку. — А то вдруг нам ещё и спускаться самим придётся.
Она принялась ловко перебирать руками, опираясь ногами на выступы в камне.
— Надеюсь, у них припасено что-нибудь для достойнейших, — сказал на это герцог.
— Время это проверить, — Ильдрим полез по верёвке вслед за Лугнуадой.
— Согласен, — кивнул Гельгарот и последовал за студентом.
Пропустив вперёд Натанура, Берослав вызвался замыкать подъём на вершину. Ильдрим наблюдал за движениями стройных ног эльфийки, но когда почувствовал, что руки соскальзывают с верёвки, заставил себя сосредоточиться, понимая, что его падение поставит под угрозу жизни остальных спутников, поднимавшихся за ним.
Наконец Лугнуада с кошачьей грацией запрыгнула на камень, обернулась и подала студенту руку. Затем они помогли подняться Гельгароту. Когда Натанур, а за ним и Берослав, погрузились по колено в снег, покрывший гору, Ильдрим свернул волшебную верёвку и убрал в торбу. Сделав ещё несколько шагов, пятеро друзей оказались на высочайшей вершине Гранцферы.
— Как же здесь красиво! — Ильдрим восхищённо разглядывал горы внизу.
Лугнуада всмотрелась на северо-запад, пытаясь увидеть вдалеке родной Эльфентир. Но даже зоркие эльфийские глаза не смогли увидеть ничего дальше горной цепи Ангеланора.
— Здесь даже воздух пахнет как-то иначе, — заявил Берослав.
Гельгарот окинул взглядом восточный склон Громовой горы, планируя спуск и продолжение похода в Осиристан. Его взгляд упал на чёрного рыцаря.
— Сэр Натанур, — обратился к нему герцог, — думаю, вы совершили пять подвигов и можете освободить себя от данного обета.
— Вы действительно так считаете? — спросил чёрный рыцарь.
— Я, к сожалению, не видел вашего первого подвига, — ответил Гельгарот. — но остальные четыре вы точно совершили.
— Вы спасли нас от гомункулов, — Лугнуада принялась загибать пальцы. — Потом вы ловко разделались с суртами. И спасли нас с Ильдримом от троллей.
— Но я там ничего особого и не сделал, — возразил чёрный рыцарь.
— Вы очень слаженно работали с нами в команде, — возразил на это Гельгарот.
— А сейчас? — Натанур указал вниз. — Я никого не спас. Напротив, вам пришлось спасать меня.
— Не согласен! — прорычал Берослав. — Я не знаю никого, кто способен провисеть так долго над пропастью. Это подвиг. Снимай уже скорее эту железяку!
— Вы настоящий герой, — добавил Ильдрим. — Каким бы ни был ваш первый подвиг, я уверен в нём так же, как и в остальных четырёх.
— Раз уж вы все с этим согласны, — вздохнул Натанур. — то я освобождаю себя от обета не снимать шлем, так как пять подвигов совершены.
Он отвинтил болты, мешавшие забралу подняться выше носа. Затем сделал глубокий вдох, наклонил голову и снял шлем. Откинув назад длинные чёрные волосы, бледный молодой человек, заросший бородой, посмотрел на своих спутников серыми глазами. Гельгарот внимательно глядел на Натанура, его лицо показалось знакомым. Но, перебирая в памяти всех людей, герцог не мог понять, на кого похож их таинственный спутник.
— Мы теперь можем узнать о вас побольше? — спросил он чёрного рыцаря.
