Наг услышал вопль Нии и самодовольно взглянул на людей. Но его улыбка тут же погасла. Он увидел драконов, которые, поднимаясь во весь рост на плавниках, гневно смотрели на него.
Лощинцы тоже смотрели на Нага. Музыка Лили пробудила в них храбрость, как во время осады. Люди схватились за оружие. Им уже не хотелось бежать при виде чудовища или отдаться на милость Нагу; мелодия, пронизывающая воздух и землю, поразила их своей небывалой красотой. Раны были забыты, сил прибыло, а страх лишь разжёг боевую ярость.
На вершине холма, на расстоянии полёта стрелы от Нага, появилась серая фигурка.
– Кальмар? – прошептала Ния.
В ответ Кальмар издал громкий вой, который смешался с музыкой, воем ветра и криками лощинцев. Он призывал их к бою как Верховный король Анниеры:
– Сражайтесь! Сражайтесь за живых и павших! За холмы, лощины и Сияющий Остров!
В этих словах звучала древняя мощь, и Кальмар сам почувствовал себя храбрее от собственного призыва, как если бы им овладел чей-то светлый и мужественный дух. Оскалив зубы, он бросился к Нагу, с безрассудным отчаянием схватился за чешуйчатую лапу чудовища и вскарабкался ему на спину. Наг удивлённо фыркнул и отмахнулся от Кальмара как от мухи.
Лощинцы, драконы, псы ринулись вверх по склону холма на помощь королю. Кальмар отвлёк Нага, и того удалось захватить врасплох – живая волна просто врезалась в него. Дракон защёлкал зубами, отбиваясь, но мужчины и женщины уже рубили его мечами и били молотами, собаки хватали за пятки.
Наг споткнулся и упал. Белёсое туловище заизвивалось в толпе людей, полных священной ярости.
И тут полил дождь – как будто сам мир восстал против злой воли Нага. На мгновение показалось, что победа близко.
Но сила Нага была велика, а его ненависть – просто огромна. Он вырвался из гущи схватки. Кальмар и лощинцы разлетелись в разные стороны, как листья от порыва ветра. Драконы отпрянули.
Наг зарычал, оскалив гнилые зубы, завращал вытаращенными чёрными глазами, оглушительно завыл, расправил крылья – и взлетел. Ветер швырял его из стороны в сторону, но Наг ликовал в небе, ныряя и кувыркаясь среди вспышек молний. Потом он стремительно понёсся к земле.
Кальмар стоял на поле боя, с мечом, который взял у павшего лощинца.
– Спускайся и дерись! – завопил он, и его слова вновь придали людям храбрости.
Наг издал чудовищный рёв и нырнул, пытаясь схватить Кальмара, но тот отскочил в сторону. Люди и драконы снова набросились на монстра; они пыряли его, рубили, кололи и кусали. Наг взвился в воздух. По его бокам вместо алой крови текла чёрная жижа. Он был ранен, но далеко не побеждён. Всё ещё торжествуя, он описал круг над головами и расхохотался оглушительнее грома, который рокотал над полем.
– Кальмар! – крикнула Ния, взбегая на холм. – Где Лили и Джаннер?
– Живы, – ответил тот, не отводя глаз от Нага. – Они в Бан Роне.
Ния хотела обнять его – она знала, что Кальмар тоже этого хочет, – но понимала, что придётся подождать. Кальмар не только её сын, но и король – а люди нуждаются в короле, который возглавит их.
– Это он? – спросил Радрик, подходя.
– Да, это Наг Безымянный, – ответил Кальмар. – Только хуже.
Ния, стоя рядом с сыном, смотрела на Нага, размышляя, как же с ним справиться. Даже морские драконы были бессильны. Гульвен, вытянувшись насколько возможно, тщетно щёлкала зубами в воздухе. Её сородичи делали то же самое. Наг, казалось, дразнил их.
– Что он делает? – спросил Кальмар.
Наг то и дело смотрел на юг, как будто пытался увидеть далёкую гору, где находится его логово.
– Он хочет улететь, – гневно ответила Ния. – Этого нельзя допустить. Иначе войне не будет конца.
– Нет, он не собирается улетать, – сказал Кальмар. – Помоги нам Создатель!
Наг откинул голову и взревел:
– Сюда, мои соратники! Давите и убивайте!
И в долину хлынула волна горностранников. Вперемешку с ними, выкрикивая приказания, бежали Серые Клыки. Одни горностранники на бегу раскручивали над головами пращи, другие стреляли из луков. Стрелы вонзились в бок Гульвен, и она, взревев от боли, развернулась навстречу нападавшим.
Лощинцы выстроились в ряд, готовые к атаке. Горностранники были разбойниками и мародёрами, непривычными к бою в открытом поле, но никто не ожидал, что они явятся в таком количестве.
Кальмар закричал, приказывая им остановиться. Конечно, горностранники явились не с добром, но, по правде говоря, они служили только себе и больше всего на свете хотели фруктов. Наг посулил им награду, и эта надежда теперь гнала их навстречу гибели. Лощинцы смотрели на Кальмара, ожидая приказаний: они тоже не желали убивать горностранников, но те наступали тысячами…
Стрелы и камни горностранников ранили и убивали лощинцев – братьев, сестёр, матерей, отцов – точно так же, как это делали бы Клыки. Первая волна маленьких созданий хлынула на линию обороны, в то время как Наг кружил над полем, а небеса сотрясала буря. Ничего не оставалось, кроме как отбиваться. Нерешительность лощинцев перешла в отчаяние, когда они поняли, что враги превосходят их числом.
